МЫСЛИ И ИДЕИ В КНИГЕ ЭККЛЕЗИАСТА

Книга "Когелет" (Экклезиаст) - думы мудреца и поэта. По форме своей она не походит на современный философский трактат. Она не разделена на главы, в каждой из которых автор разбирал бы ту или иную тему разносторонне.

Мысли Экклезиаста рассыпаны по всей книге и тот, кто захочет собрать их, должен будет тщательно исследовать и систематизировать весь материал. При этом нельзя обойтись без изучения и расшифровки отдельных неясностей и так называемых "темных" мест. Некоторые из высказываний Проповедника допустимо комментировать по-разному. В этом корень противоречий в суждениях о взглядах Экклезиаста у разных ученых - толкователей Библии.

Предмет основного внимания автора книги - человек. Но человек не с позиций метафизического существования, а с позиции моральных поучений. "Испытаю пути разные, доколе не увижу, что хорошо для сынов человеческих, что должны были они делать под небом в немногие дни жизни своей" (глав. 3; 3).

Двояко пытается автор определить понятие о счастье: объективным методом, т.е. постоянно вникая в жизнь людей; и субъективным - пристально вглядываясь в желания человека, в страсти людские, в дела и достижения, в разочарования человека. Именно таким путем автор хочет сделать выводы, одинаково приемлемые для всего рода человеческого.

Так, как главное для Когелета - это поиск добра для человека "под солнцем", он не особенно увлечен его сверхземной сущностью, не интересуясь такими проблемами, как, например, место человека в космосе, смысл его существования. Все это вопросы, выходящие за пределы солнечной галактики, находящиеся вне земных интересов человека.

О Боге

Суждения Экклезиаста о Боге не являются философскими углублениями, а связаны с думами человека, ибо человек питается Богом, он и судьба его являются частью творения божеского. Существование Бога является непреложной истиной, незыблемой догмой библейской веры и потому не допускает никаких доказательств равно, как и отрицаний.

Мысли Экклезиаста о постижении человеком существа Бога очень ясно выражены в следующем стихе: "Не торопись языком твоим, сердце твое да не спешит произнести слово пред Богом: потому, что Бог на небе, а ты на земле: поэтому слова твои да будут немноги". (глава V,1).

* * *

Слово "небо" понимается автором, как метафора к познанию трансцедентности, т.е. формы познания: пространство, время, причинность, необходимость и другие категории.

Таким образом расстояние между человеком и Богом очень велико и вместе с тем Господь Бог Вездесущ и Всеведущ и только Он внемлет голосу человека на земле.

В той же главе автор заключает: "Для чего тебе делать так, чтобы Бог прогневался на слово твое и разрушил дело рук твоих" (глава V, 5).

Сам автор, Мудрый Когелет, твердо придерживался этого принципа, и его высказывания о Боге очень осторожны. Он говорит только о делах Господа и упоминает часть Его свойств, уже известных из Пятикнижия и высказываний пророков, но не рассуждает о сущности Бога.

* * *

"Все, что Бог сделает, это и будет навечно", т.е. творения Бога не измеряются человеческими понятиями о времени. Творение Бога является совершенным абсолютно. "Познал я, что все, что делает Бог, пребывает вовек: к тому нечего прибавлять и от того нечего убавить" (глава III, 14).

* * *

"Все сделает Он прекрасным в свое время". Бог следит также за делами людей. "Потому что над высоким наблюдаем высший, а над ним еще Высший".

Он сделал и добро и зло. Он милосерден к слабым. "И Бог потребует ответа за притесняемых". Он судит по высшему закону справедливости. "Справедливого и нечестивого будет судить Бог, потому что время для всякой вещи и суд над всяким делом там". Он вознаграждает всякому по своему делу. "Но я знаю, что благо будет боящимся Бога, которые благоговеют пред лицом Его. А нечестивому не будет добра и подобно тени недолго продержится тот, кто не благоговеет пред Богом" (глава VIII, 12-13).

Правда, мудрый "Когелет" знает и факты, когда - "праведник гибнет в праведности своей; нечестивый живет долго в нечестии своем" (глава VII, 15) или: "Есть что праведников постигает то, чего заслуживали бы дела нечестивых, а с нечестивыми бывает то, чего заслуживали бы дела праведников"... (глава VIII, 14).

* * *

И все же автор не сомневается в справедливости и правдивости суда Божьего, и в книге имеются три ответа на этот вопрос.

1. "Нет человека праведного на земле, который делал бы добро и не грешил бы" (глава VII, 20). Поэтому даже тот, кто считается праведником, на самом деле есть и у него грехи. Возможно, что человек заметил их и не знает, что совершил грех, но это наказуемо. Во всяком случае так следует из резюме книги Экклезиаста (глава 12, 14).

2. Бывает, что человек делает зло, но суд совершается не быстро, ибо Господь Бог терпелив.

3. Человеческий разум не может постигнуть дела Бога - об этом много раз повторяется в книге, (главы II, III; VII, 14; VIII, 17; IX, 5).

Вывод автора: "Что существует, тому уже наречено имя, и известно, что это - человек, и что он не может препираться с тем, кто сильнее его".

То есть, из-за неимоверной разницы между величием Бога и слабостью человека, бессмысленно обсуждать этот вопрос, как это делал Иов.

Резюмируя, можно сказать: постижение Бога в книге "Когелет" основано на глубокой вере и убежденности, что Бог создал все и господствует над всем. Он вершит суд праведный и по заслугам - плата.

О человеке

Человек - сложное творение. С точки зрения биологической и физических данных можно сказать о человеке словами автора: "Участь сынов человеческих и участь животных - одна; как те умирают, так умирают и эти, и одно дыхание у всех, и нет у человека преимущества пред скотом, потому что все - суета" (глава III, 19).

Автор продолжает: "Все идет в одно место; все произошло из праха и все возвратится в прах" (глава III; 20).

С другой стороны, человек отличается от скотины тем, что Бог вселил в человека дух, который является частью Бога. Экклезиаст говорит об этом так: "И возвратится прах в землю, чем он и был, а дух возвратится к Богу, который дал его" (глава III, 20).

Благодаря этому Божественному духу, человек одарен силою мыслить, "исследовать и испытать мудростью все, что делается под небом". Отсюда стремление человека изучать сокровенное и недоступное желание проникнуть по ту сторону Времени и Пространства.

Эти свойства являются главными у человека, они отличают его от животного и поднимают в высшую сферу. Тем не менее человек ограничен в своем познании, ибо так предписано ему сверху: "Человек не может постигнуть дел, которые Бог делает, от начала до конца" (глава III,11).

И не только не может постигнуть дел Бога, но и не знает, что ему лучше сделать в своей жизни. "Ибо кто знает, что хорошо для человека в жизни, во все дни суетной жизни его, которые он проводит как тень. И кто скажет человеку, что будет после него под солнцем" (глава VI, 12). Он знает, что умрет, но не знает, что будет после его смерти.

"Всему свое время, и время всякой вещи под небом". Все определено заранее повелением Божьим - кроме морального поведения человека. Человек волен выбирать между добром и злом, и поэтому он ответственен за свои поступки.

По мысли автора: "Бог сотворил человека правым, а люди пустились во многие помыслы" (глава VII, 29). По правилу, человек должен совершать добрые дела, но не каждый ведет себя по тому принципу, по какому был создан.

"Это то и худо во всем, что делается под солнцем, что одна участь всем, и сердце сынов человеческих исполнено зла, и безумие в сердце их, в жизни их".

Но, предупреждает автор, "не спасет нечестие нечестивого", ибо человек находится под провидением Господа и это большое преимущество человека.

"На все это я обратил сердце мое для исследования, что праведные и мудрые деяния их в руке Божьей. Ибо "Он дает человеку мудрость и знание и радость". Только одного требует Господь от человека - "Бойся Бога!" (глава V, 6), что по общему смыслу книги означает: "И заповеди его соблюдай, потому что в этом все для человека" (глава XII, 13).

Хотя Бог сотворил человека правым, но в общественном строе много зла "и люди пустились во многие помыслы". Гордость и гнев, любовь к деньгам и распутство, грабеж и ненависть друг к другу

- вот часть тех злых дел, которые стали распространяться в обществе, И при виде этих черт, Экклезиаст стал призадумываться: может быть распространенное среди людей мнение, что человек, являясь творением, избранным Богом, не соответствует действительности? Автор с горечью пишет: "Сказал я в сердце своем о сынах человеческих, чтоб испытал их Бог, и чтобы они видели, что они сами по себе - животные" (глава III, 18).

Мудрый

Из всех человеческих образов, появляющихся в книге, особо выделяются два: трудящийся и мудрый. (Достаточно сказать, что первый - трудящийся - упоминается в книге 35 раз; второй - мудрый - пятьдесят один раз).

По отношению к этим двум, автор уделяет особое внимание и проверяет их, в свете своего собственного опыта; он знает какие заботы и усилия прилагает трудящийся в своей жизни, так что "даже и ночью сердце его не знает покоя".

Мудрый человек, по Экклезиасту, это тот, кто обладает тремя основными качествами: способностью и жаждой знаний, беспрерывным трудов для приобретения мудрости и, кроме всего этого, он должен быть человеком высокой нравственности. Сам автор питает сочувствие и большую симпатию к мудрому человеку, и без устали повторяет, что "преимущество мудрости перед глупостью такое же, как преимущество света перед тьмою" (глава II, 13). Но Экклезиаст хочет найти путь жизни для каждого человека и указать, "что хорошо для сынов человеческих, что должны бы они делать под небом немногие дни жизни своей". Поэтому он не скрывает от нас своих раздумий о всех, неудобствах, встречающихся на пути мудрого человека. Ибо беспрерывные занятия всякими учениями могут превратиться в зло, и человек может потерять покой:

"Когда я обратил сердце мое на то, чтобы постигнуть мудрость и обозреть дела, которые делаются на земле, то увидел, что человек ни днем, ни ночью не знает сна". Очень часто бывает, что лишается радости жизни, как это случилось с самим автором - "О смехе сказал я: "глупость", а о веселье: "что оно делает?" (глава 11,2). Он может даже возненавидеть жизнь, как об этом заявил автор: "И возненавидел я жизнь, потому, что противны стали мне дела, которые делаются под солнцем: ибо все - суета и томление духа" (глава II, 17). И в конце концов: "во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь" (глава 1,18).

Кроме того, мудрость не гарантирует человеку обеспеченное положение в жизни и обществе. "И обратился я и видел под солнцем, что не мудрым достается хлеб"... И только если он мудрый и богатый, его начинают уважать, так как "мудрость бедняка пренебрегается, и слов его не слушают..".

И кроме всего прочего смерть не отличает мудрого от глупого. "И узнал я, что одна участь постигает их всех". Таким образом автор книги не рекомендует заняться изучением наук и приобретением знаний, как единственным решением вопроса - "что должен человек делать в своей жизни?" Кроме того, даже если бы человек захотел выбрать этот путь, то это не зависит от его решения, а от руки Божьей "Ибо человеку, который добр пред лицом Его, Он дает мудрость и знание и радость" (глава II, 26). Следовательно - этот путь не многих.

Трудящийся

В противовес мудрому, выступающему в особой роли, в книге много высказываний о разных общественных слоях "народа". Тут и трудовой элемент, и разгульный люд, бедные и богатые, властелин и подчиненный, чистосердечные и хитрые, невежественные и глупые разных категорий, о которых автор решительно высказывается:

"Кривое не может сделаться прямым, и чего нет, того нельзя считать". Экклезиаст хорошо разбирается в характерных чертах всех этих элементов общества, но он не останавливается подробно на них; он мимоходом касается отдельных из них, не углубляясь, а вскользь. Только один тип привлекает его внимание - трудящийся!

Рассматривая этот элемент Когелет удивляется: "ибо что будет иметь человек от всего труда своего и заботы сердца своею, что трудится он под солнцем? Потому что все дни его - скорби, и его труды беспокойство; даже и ночью сердце его не знает покоя" (глава II, 22-23).

"Всем трудам его нет конца, и глаз его не насыщается богатством. Для кого же я тружусь и лишаю душу мою блага?" Так почему же человек не думает заранее, что "как вышел он нагим из утробы матери своей, таким и отходит, каким пришел, и ничего не возьмет от труда своего, что мог бы он унести в руке своей... Какая же польза ему, что он трудился на ветер?"

Таким образом нам предстоит теперь выяснить: нашел ли мудрый Экклезиаст ответ на свой главный вопрос - что должны сделать сыны человеческие в своей жизни, чтобы они были счастливы?

Если бы он не нашел ответа, то, конечно, правы были бы те, которые пытались приклеить ему ярлык пессимиста, проникнутого унынием и безнадежностью. Но это не так. Кроме занятий по изучению наук и приобретению мудрости, Экклезиаст указывает нам на еще одно полезное занятие: "Преимущество же страны той, где и царь в поле работает" (глава V, 8,).

Работа на земле - это труд царственный, где человек находит свое полное удовлетворение. Возможно, что автор книги руководствуется библейским рассказом о сотворении мира, ибо по его глубокому убеждению занятие земледелием является профессией, предназначенной человеку с самого его сотворения. Как это и сказано в Библии: "И взял Господь Бог человека, и посадил его в саду Эденском чтобы возделывать его и хранить его". (Бытие II, 15).

Эта же работа осталась человеку на всю его жизнь и после его изгнания из сада Эденского:

"И выслал Адама Господь Бог из сада Эденского, чтобы возделывать землю, из которой он взят" (Бытие III, 23).

Человек, обрабатывающий землю, не спешит разбогатеть, поэтому "Сладок сон трудящегося, мало ли, много ли он съест; но пресыщение богатого не дает ему уснуть" (Глава V, 11). Трудящийся земледелец всегда рад плодам своего труда.

Вообще автор книги "Когелет" находит очень важным для человека - чувство радости. Мысль эта повторяется в книге семь раз. Настоящая радость не связана с богатством или имуществом. Это - полное противоречие суете и томлению духа.

"Лучше горсть с покоем, нежели пригорошни с суетным трудом и томлением духа" (Глава IV, 6).

Экклезиаст повторяет в своей книге шесть раз свои выводы, проповедуя нам что удовлетворение человека в том, что у него есть; постижение же истины, что то, что дано ему Богом, является его уделом, а что он не завидует другим - это и есть настоящая радость человека.

Так, например, в главе II, 10, Он пишет: "Сердце мое радовалось во всех трудах моих; и это было моею долею от всех трудов моих".

В главе III, 22: "Итак увидел я, что нет ничего лучше, как наслаждаться человеку делами своими; потому что это - доля его..."

В главе V, 17: "Вот еще что я нашел доброго и приятного: есть и пить и наслаждаться добром во всех трудах своих, какими человек трудится... потому что это его доля".

На вопрос о том, что должен человек делать во все дни своей жизни, автор книги "Когелет" отвечает несколькими предложениями:

1. "Нет для людей ничего лучшего, как веселиться и делать доброе в жизни своей"; (глава III, 12).

2. "...Бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека" (глава XII, 13).

3. Радость, удовлетворенность и добрые дела - вот путь, где человек может доказать свое преимущество "под солнцем".

Таким образом, мы видим, что книга "Когелет" - это еврейская книга о духовном и нравственном поведении человека и так ее понимали ученые, толкователи Торы, эпохи Мишны и Талмуда. Они охарактеризовали эту книгу вкратце:

"От начала до конца она полна мудрости Торы" (Трактат Шаббат, стр. 30, II).

Можно резюмировать поучения мудрого Экклезиаста словами пророка Миха: "О, человек! Сказано тебе что добро и чего требует от тебя Господь: действовать справедливо, любить дела милосердия, и смиренно-мудрено ходить пред Богом твоим" (Миха, VI, 8).

Несмотря на то, что помыслы людей и действительность являются далеко не идеальными, и невзирая на большой разрыв между желаемым и существующим - все же автор книги остается верным своим взглядам, и убежденным в своей твердой вере и в доброте и в Божественной справедливости, хотя человеческим умом нельзя этого постигнуть. Сознание, что Господь Бог находится везде, не означает, что Он в небесах и далек от нас, нет! Он следит за делами каждого, определяет судьбу каждого человека и судит каждого по его делам. Экклезиаст заканчивает эту мысль следующими словами: "Только знай, что за все содеянное Бог приведет тебя на суд" (Глава XI, 9).

ПРАЗДНИК СУККОТ В ИЕРУСАЛИМЕ ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ХРАМА

Д-р Ш. Сафраи

В эпоху Второго Храма каждый праздник проводил своей особенной, ему присущей торжественностью. Если, например, праздник Пасхи носил характер семейной сплоченности и являлся украшением дома, то праздник Суккот отличался массовыми походами в Иерусалим, карнавалами, общественным паломничеством и торжественными празднествами у Храма.

В книге пророка Захария мы читаем об одном из его пророческих видений: "И будет: все оставшиеся из всех народов, приходивших в Иерусалим, будут восходить из года в год для поклонения Господу Всемогущему и для празднования праздника Суккот".

Название праздника Суккот просто именем "праздник", принятое в мишнаитской литературе после разрушения Храма, было уже известно в Книгах Библии, датированных начальной эпохой Второго Храма, как это написано в книгах "Хроник" ("Паралипоменон") и в книге Нехемия. Из них мы узнаем об особой торжественности и отличавшемся весельем празднике и великолепия, сопровождавших именно этот праздник в эпоху Второго Храма.

Иосиф Флавий в своих исторических Хрониках свидетельствует, что у евреев праздник Суккот проводится как наиболее святой и значительный по своей важности.

12 дней в году совершались в Храме песни торжественного восхваления Господу: Галель и игра на свирели, из них 8 дней проводилась эта торжественная служба в праздник Суккот. Из литературы той эпохи мы узнаем, что первосвященник начинал свою деятельность при Храме в праздник Суккот.

Так, например, Йонатан Хашмонаи надевает одежду первосвященника в праздник Суккот. Первосвященник Янай после долгого перерыва возобновляет свою службу при Храме в дни Суккот. Так было и с Аристобулом. Он также начал свою священническую деятельность при Храме во время праздника Суккот.

Исполнение Заповедей, приказаний и обычаев при Храме было множество: возлияние воды на жертвеннике, выставление ветвей ивы, украшение, а затем, сбивание их на седьмой день праздника Суккот, торжественное хождение вокруг алтаря с четырьмя видами растений и плодов, праздник возлияния - и во всем этом народ принимал значительное участие. Казалось, будто власть священников и служителей Храма уступила место в Храме самому народу.

Во время торжественного возлияния и обивания ветвей ивы священники-служители Храма, которые принадлежали к партии саддукеев, часто не хотели выполнять все торжественные песни и богослужения, но вынуждены были это сделать по настоянию народа, требовавшего тщательного выполнения всех традиционных предписаний.

Начнем с выполнения предписания Торы о праздничном хождении в Храме с четырьмя видами растений и плодов (Гакафот). В законодательном сборнике учения Мишны говорится о порядке проведения этого праздничного предписания: "В начале выполняли заповедь о поднятии пальмовой ветви ("Лулав") в Храме семь дней подряд, а в стране - один день. Поднятие Лулава и торжественный обход вокруг Алтаря (Гакафа) происходили при общем народном ликовании." Эта традиция была использована и при других обстоятельствах. Так праздновали во время освящения Храма при Йегуде Маккавее и в дни Шимона Хашмонаи. Во второй книге Хашмонаим рассказывается: "И они подняли ветвь ивы, ветку из цитрусовых и пальмовую ветвь и прославляли Господа, что помог им очистить Храм от всякой скверны''.

В первой книге Хашмонаим мы читаем... "И первосвященник Шимон взошел в Храм двадцать третьего дня второго месяца в 17-ом году с песнями восхваления Господу и поднятыми пальмовыми ветвями, и левиты играли на скрипках, барабанах, и арфах с ликованием и песнопением". В Мишне описывается традиция празднества с поднятыми пальмовыми ветвями в Храме.

"Как выполнялось в Храме предписание Торы о Лулаве?" - спрашивается в Мишне.

"В первый день праздника, если он пришелся на субботу, приносят пальмовые ветви на гору Храма, певчие их принимают и кладут по порядку на специальных полках и каждый день обходят с ними вокруг алтаря".

В Иерусалимском Талмуде говорится, что обход вокруг Алтаря с пальмами совершались всеми израильтянами: "все израильтяне и взрослые и дети брали пальмы в правую руку и цитрусовый плод ("Этрог") - в левую, и обходили вокруг".

Правда, во все дни года нельзя было простым израильтянам, не жреческого рода, находиться около алтаря, но в этот день было разрешено всем приблизиться к этому месту. Также как и инвалидам из жреческого рода нельзя было входить в место Храма между жертвенником и алтарем, но в дни праздника разрешалось им входить с поднятыми ветвями ивы.

Великое торжество и всенародная радость охватывало всех находившихся в Храме в эти дни праздника и в особенности в день праздника "возлияния". В трактате Мишны дается описание праздничной процессии в день "возлияния" к источнику возле Иерусалима, и каждый наполнял свою посуду с этого живого родника. Но кроме понятия о "возлияния воды" в этот день, дается в Иерусалимском Талмуде духовный смысл этому обычаю. И так говорится в Талмуде: "Почему называется праздник этот "Бейт Шоэва?" Потому что там черпал народ свое святое, духовное самосознание, - как и сказано в Торе - "и будете черпать воду в радости из источников спасения".

ПИСЬМА БАР-КОХБЫ

В одной из пещер Иудейской пустыни были найдены письма Шимона Бар-Кохбы - Вождя Эрец Исраэль, руководителя восстания евреев против римлян (132-135 гг.н.э.) Среди этих писем 2 из них посвящены обеспечению еврейских воинов - повстанцев четырьмя видами плодов и растений к празднику Суккот.

Мы приводим рассказ руководителя археологической экспедиции, проф. Игаля Ядина, о работе археологических групп и о найденных письмах Бар-Кохбы.

"К нашей экспедиции присоединились новые волонтеры и среди них - три увлеченных любителя археолога, из кибуца "Рамат Шофет" и "Далия": Рами Минее - командир и организатор по натуре; Йорам Витес - любящий вникать в каждую мелочь, разведчик по своему призванию; и Хаим Лифшиц - человек, одаренный чувством юмора и хорошим темпераментом. Они работали как специальная группа по раскопкам внутреннего зала № 3.

- Надоела нам эта скучная работа, передвигать камни в первом зале -сказали они.

Когда услышали о находках - склепов с головами, они попросили покопаться вокруг этих найденных склепов. Так как я намеревался и без этого (теперь, когда нас обеспечили электроэнергией) проверить еще раз этот зал, то без колебаний тут же дал им разрешение работать здесь. Дали им кабель, электролампы и они могли работать с передвижными лампами по всему залу.

Весть о найденном отрывке из книги Псалмов распространилась по всем рабочим группам. И днем посетили нас все руководители групп во главе с Йосефом Авирамом. Перед их приходом, я работал в это время в первом зале, вбегает ко мне Хаим Лифшиц необычно серьезный и взволнованный (всегда его лицо было смеющимся), и процедил три слова: "Идемте со мной!" Послушно и без всяких вопросов пошел за ним до конца третьего зала. Там я заметил, что Рами сидит у освещенной лампы, но Йорама Витеса не было.

- Что случилось? - спросил я Рами.

Но он ответил, что лучше если Йорам Витес мне объяснит обстоятельства дела.

- Но где он? - настаивал я.

- Там! - ответил Рами и указал на какую-то пещеру между скал.

Я попытался протиснуться туда, но это оказалось не так просто, и вынужден был руками сжать части тела, чтобы проникнуть в это ущелье. Наконец-то я увидел Йорама, примерно, на глубине трех метров, и весь он, сжатый и скорченный, съежился в маленькой яме глубиной 80x80 сантиметров. Я направил на него луч света и увидел, что он не может сдвинуться с места. У ног его лежал кожаный сверток, оказавшись впоследствии кожаным мехом-бурдюком для жидкости, сделанный из козьей кожи. Были ясно видны швы, хотя бурдюк был разорван посередине, все попытки Йорама протолкнуть его кверху не увенчались успехом. Брешь в этой расщелине была узкой и невозможно было просунуть этот рваный кожаный мешок, который, по словам Йорама, "был чем-то наполнен". Тогда мы решили вынимать эти вещи по частям и Йорам их подавал мне. Я их передавал Хаиму, стоявшему сверху, надо мной, на скале, а тот в свою очередь - передавал их Рами, который укладывал их раздельно в пустые корзины.

Первой вынутой вещью оказались клубки разноцветной шерсти. Несомненно, что этот кожаный мех принадлежал женщине! Вынутые затем вещи подтвердили это предположение: украшения, нанизанные на нить, банки для гримировки, бутылки для ароматной воды и, наконец, было обнаружено зеркало у самого кожаного меха. По-видимому, характер женщины не изменился за последние две тысячи лет! Ведь эта женщина знала, что она будет скрываться в темной пещере, и все же она старалась взять с собой свое зеркало. И вот что удивительно: найдены тут же блестящие круглые металлические украшения, вставленные в деревянные багеты, наподобие ракеток для игры в "пинг-понг" наших дней.

Мы продолжали вынимать из кожаного меха разные вещи: детская рубашка, связка покрашенной шерсти, всякие тряпки, куски одежды и материала. Зачем нужно было этой женщине прятать все это в самое сокровенные места пещеры? - спросил я себя. И в эту минуту подает мне Йорам сверток, перевязанный ниткой.

- Смотрите! - сказал он.

Я не поверил своим глазам: пакет связанных вместе папирусов, и даже увидел тонкие таблички из дерева и на них письменные знаки. Все было хорошо упаковано, но так как папирусы оказались хрупкими и они очень крошились, я не посмел тронуть их и решил оставить чтение до возвращения в Иерусалим. Но я все не мог успокоиться: что могло быть в этом пакете? Тот факт, что этот кожаный мех принадлежал женщине, свидетельствует о чем-то интимном, и что она придавала важное значение содержимому. Может быть это был ее брачный контракт, а может быть какие-то камеи с надписями от дурного глаза ? Я не смел и подумать о моей сокровенной мечте, и не предполагал в то время, что наше открытие окажется не более и не менее, чем письма того легендарного героя, который известен как Шимон Бар-Кохба.

В этой пачке было найдено одно из самых интересных писем, написанное по-арамейски. Оно со держит пять довольно длинных строк. (Размер папирусов 6x22 см). И содержит оно приказ Бар-Кохбы обеспечить его воинов к наступающему празднику Суккот четырьмя видами растений и плодов, а именно: лулав, этрог, ветви мирт и ивы. Патетика письма, приводящая нас в волнение, объясняется тем, что оно было написано в самые трудные дни войны, и Бар-Кохба находил время и старался обеспечить своих солдат четырьмя видами растений, предписанных Торой. Это же письмо служит доказательством духовных нужд повстанческих войск Бар-Кохбы, и свидетельствует о его глубоких религиозных чувствах и заботе командира о выполнении заповедей Торы. Когда читаешь это письмо, возникает очень много интересных вопросов и поэтому лучше привести его полностью, как оно написано, прежде чем мы приступим к обсуждению основных его пунктов.

Вот его содержание:

1. От Шимона к Йегуде Бар Менаше в Кирьят Аравия. Послал тебе два осла, чтобы ты прислал:

2. двух сопровождающих к Йонатану Бен-Баая и к Масбела, чтобы последние нагрузили

3. и прислали в твой военный лагерь лулавим и этрогим. А ты пошли других из твоего лагеря

4. чтобы привезли ветви миртовые и ветви ивовые, и собери их и сделай отчисления по закону, как надо, и пришли их ко мне в лагерь, потому что

5. много войско. Будь здоров. Шалом.

Это единственное письмо, не направленное непосредственно на имя Йонатана и Масбела, а человеку доселе нам не знакомому, по имени Иегуда Бен-Менаше, проживавшему в Кирьят-Аравия. Бар-Кохба посылает ему двух ослов для того, чтобы Иегуда Бен-Менаше направил их с двумя сопровождающими к Йонатану и Масбела, проживавших, как нам это известно из других писем, в Эйн-Геди. Нагрузить поклажу с пальмовыми растениями - лулавами, а также плодами этрога, и прислать их в военный лагерь. Деревья Эйн-Геди в то время славилась своими плодами и пальмами. Кроме того, Бар-Кохба дает распоряжение этому же Бен-Менаше послать людей в район Кирьят-Аравия, где, по-видимому, росли мирты и ивы, чтобы оттуда доставить эти растения, необходимые и предписанные Торой для праздника Суккот. Характерно, что Бар-Кохба дает распоряжение своему подчиненному Иегуда, чтобы тот сделал все необходимое, по законам Торы, отчисление (одна десятая часть) - для левитов или бедных. Ион, Бар-Кохба, хочет, чтобы полученный груз был уже освобожден от одной десятой части отчисления, потому что у него большое войско, которому требуется много этрогим и лулавим и стегальных видов. В этом указании, видимо, дается намек на то, что Бар-Кохба не слишком надеется на Йонатана и Масбела, потому что они были невеждами в вопросах религии.

Тот факт, что пришлось послать из лагеря Бар-Кохбы ослов для перевозки груза, показывает, что средства сообщения и коммуникации были очень ограничены у подчиненных на местах.

Обнаружение этого распоряжения в пачке писем, принадлежавших Йонатану, а не Йегуде, можно объяснить следующим обстоятельством: когда Иегуда послал ослов для погрузки предметов, указанных в письме, было приложено и само письмо как доказательство требования самого главнокомандующего Бар-Кохбы, и таким образом это письмо осталось у Йонатана.

Местонахождение Иегуды - Кирьят-Аравия, по-видимому, было между главной базой повстанцев Бар-Кохбы (Бейтар?) и районом Эйн-Геди. Но указать точное определение этого места невозможно. Вероятно, в свете содержания этого письма-можно предположить, что оно было богато ивовыми растениями. Однако, можно сослаться и на имеющуюся деревню "Аров" в районе между Хевроном и Бейт-Лехемом. В этом месте было обнаружены недавно много пещер, содержащих бесценные находки эпохи Бар-Кохбы, в том числе и монеты.

Письмо это написано в канун праздника Суккот, по-видимому, осенью 134 года н.э., ибо в праздник Суккот 135 года н.э., если придерживаться еврейской традиции, что Бейтар был разрушен в день девятого Аба - то в этом году уже Бар-Кохбы не было в живых.

Другое письмо - также связанное с вопросами обеспечения "четырех видов растений" - это одно из двух писем написанных по-гречески, и найденных в этой пачке, и надо считать правильной расшифровку проф. Полоцкого. Это письмо проливает дополнительный свет на вышеуказанную тему.

Письмо направлено на имя Йонатана и Масбела не самим Бар-Кохба, а кем-то другим. К сожалению имя его разобрать не удалось. Сохранились отдельные буквы: Су...юс...(?). Скорее всего это был не еврей. Он сообщил, что посылает к ним человека по имени Агрипас, чтобы с ним переправили в еврейский лагерь этрогим и лулавим, и настойчиво просит, чтобы поторопились с отправкой этой посылки. И тут нас ждет приписка-сюрприз: "письмо это написано на греческом языке, потому что нет среди нас кто бы мог написать на еврейском" (или арамейском). И пишущий эти строки не может больше откладывать с отправкой письма, так как "наступают праздники". Пишущий заканчивает записку предупреждением, чтобы не откладывали и "не делали по-другому" и заканчивается послание греческой формулировкой: "Будь здоров!"

ЗНАЧЕНИЕ ЗАКОНА О ЧЕТЫРЕХ ВИДАХ РАСТЕНИЙ И ПЛОДОВ

Из источников Талмуда

Сказано в Торе: "Возьмите к празднику плод из красивого цитрусового дерева"-это народ Израиля. Так же как красивый плод Этрог обладает хорошим вкусом и запахом, так и еврейский народ: есть в нем люди, знающие Тору, и есть - совершающие добрые дела, "Пальмовые ветви" - это народ Израиля; так же как эта пальма имеет вкус, но не обладает запахом, так и еврейский народ: есть среди народа люди, знающие Тору, но не совершают никаких добрых дел.

"Ветки миртовые"-это народ Израиля. Так же как мирт обладает запахом, но нет в нем вкусовых качеств, так и еврейский народ: есть среди народа люди, совершающие добрые дела, но не знающие Тору. "И ветки ивовые" - это народ Израиля. Так же как эта ива не обладает запахом и нет в ней вкусовых качеств, так и еврейский народ: есть люди, которые не знают Тору и не совершают никаких: добрых дел. А что Господь Бог делает с ними? Наказывать их - нельзя, тогда решил Господь Бог объединить их всех вместе, чтобы все были взаимно связаны и ответственны друг перед другом, и если они делают так и объединены, то как будто сам Господь Бог возвышается в небесах, ибо сказано у пророка Амоса, что "Господь устроил свои чертоги и возвышенности на небесах". А когда Он возвышается? Тогда когда народ Израиля вместе объединен, ибо там же сказано: "Объединение Его на земле утвердил". Поэтому предупредил Моисей народ свой: "В первый день возьмите себе разные ветви красивых деревьев"... (Мидраш к книге "Левит", гл. 80.).

Объяснение закона о четырех видах в теологической литературе

Смысл закона о четырех видах заключается в том, что он является символом радости для сынов Израиля, которые вышли из пустыни, где не было ни фруктовых деревьев, ни растительности, ни воды и ни травы, и пришли к месту, где есть реки и есть деревья, дающие плоды. Поэтому еврейский народ взял для памяти будущих поколений один из лучших плодов и ветку из красивейших пальмовых деревьев и из благоухающих миртовых деревьев, и ветви растущих у берегов рек ивовых деревьев. Во всех этих видах имеются следующие необходимые требования:

а). Они находились в изобилии в Эрец Исраэль в то время, и каждый мог их без труда достать.

б). По виду они все красивые, производят яркое впечатление своей свежестью, а Этрог и Мирт имеют тонкий и нежный ароматический запах.

в). Они долго сохраняют свою влажность и свежесть и поэтому все семь дней праздника они полностью обладают всеми своими первоначальными качествами; у других растений этих качеств нет. (Маймонид. "Руководство", часть III).

Человек познается своими делами, которые он делает. Мысли и устремления человека прослеживаются по его делам, и поэтому, когда Господь Бог избрал свой народ и направил его на путь истины, Он дал указание ему выполнить много заповедей, чтобы этими действиями развивались у евреев их добрые качества, самые лучшие моральные и духовные стороны народа.

И Закон о четырех видах тоже связан с этим назначением. Праздник Суккот это большая радость для народа, это сезон уборки хлебных злаков, плодов и овощей, и люди, празднуя и веселясь должны помнить, что у них есть Господь. И чтобы не забыть о главном, повелел Господь Бог, взять четыре вида, выполнить закон и этим будет доказано, что устремления еврейского народа направлены к доброму и к духовному совершенству.

Все евреи, взрослые и маленькие, держат в правой руке пальмовую ветку (лулав), а в левой - этрог и обходят кругом с молитвой вокруг амвона в синагоге один раз, во все дни праздника, а в день "Гошана Рабба" - семь раз.

Сказал Рабби Хийа: традиция эта введена у нас в память о завоевании города Йерихо, которого сыны Израилевы окружили семь раз, пока крепостная стена города не пала и еврейский" народ под руководством Йошуа-Бин-Нун не занял этот город.

МОЛИТВА О ДОЖДЕ В ДНИ ПРАЗДНИКА СУККОТ

Шмуэль Хаггай

Как сохранившийся в памяти народной зеленый, цветущий край - Эрец Исраэль среди океана горя и страданий в странах рассеяния, так и молитвы о дожде и росе среди других молитв народа Израиля.

Большинство молитв сконцентрировалось вокруг неимоверных усилий выжить хотя бы чудом, и в этом желании росло и стремление к жизни на своей Родине; отсюда и надежда, что народ встанет ногами на крепкую почву, что и на этом свете у него будет своя жизнь, что он добьется своей цели - работать на своей собственной земле, насыщенной дождем и росой, удобренной и цветущей. Он надеется и ждет благословенного дождя, зрелых плодов и сочной травы.

Молитвы о дожде - это естественные песни поэтов Израиля, но они отличаются во многом от песен о природе у других народов, так как жившие и творившие на своей земле поэты других народов лишены были сильного чувства тоски по Родине, и не могли так грустить и страстно желать видеть свою страну, как еврейские поэты и певцы религиозных песнопений. У этих последних - вековая мечта и жажда вернуться к себе на Родину, жить на своей земле. Состояние людей во время молитв о дожде- это чувство, когда народ, находившийся в странах рассеяния, видит себя перенесенным в другую страну-в Эрец Исраэль. Он как будто оторвался от своего места и на волшебном ковре перенесся из далекой чужбины, через века и моря, к себе домой, на Родину.

Вся природа с ее многообразием и многоцветием проходит в песнопениях и молитвах о дожде и о росе, но все это пронизано одной линией-верой! В то время, как у других народов песни о природе- это песни о настоящем, у евреев это песни о будущем, песни молитв.

И содержание этих песнопений отличается от других молитв. Здесь песнопения возвышаются над национальным характером народа и становятся универсальными, общечеловеческими.

"Тебе возносят свои молитвы-надежды.

Народы от края до края". (Из пиюта "Благодать дождевых капель").

Наши ученые, толкователи в Талмуде очень много занимались этой идеей.

Один ученый язычник спросил Раби Йегошуа: У вас есть праздники и у нас есть праздники.

Когда мы радуемся, вы не радуетесь, когда вы радуетесь, мы не радуемся.

Когда мы вместе будем радоваться?"

Ответил Раби Иегошуа:

"В дни, когда идут дожди. Ибо сказано: "Накрылись пастбища зеленью", а после этого говорится: "возмолитесь Господу все страны."

"И не только люди - травы тоже живые существа. Они часть всего мироздания и дожди идут ради них тоже. И когда в дни сотворения мира Бог создал траву, производящую семя и дерево, приносящее плод, то все деревья и растения как будто стали говорить между собой и со всеми живыми существами. Травы и деревья созданы для объединения с людьми и со всеми творениями" (Из Мидраша к книге Бытия).

Наши ученые, древние толкователи Торы комментировали стих из Библии: "Человеку, растению в поле". - Дожди идут как для человека, так и для растения. Каждое растение, каждая травка это самостоятельное создание, оно живет и цветет для собственной жизни.

Две основы, два источника для молитв о дожде. Есть молитвы специально для случая поста при отсутствии дождя и есть молитвы о дожде, произносимые в последний день праздника Суккот. Первые отличаются от вторых по стилю: в то время, когда просьбы о дожде в празднике Суккот более мягкие и носят характер уверенности в Божьей благодати, и сводятся в основном к формуле: "О, Господи, не задерживай капли дождевой воды", то мольбы в день поста о помощи, являются настойчивыми и решительными и доходят порою до крика. В эпоху Мишны были разработаны основные темы, содержащиеся в молитвах, взывающих о помощи при засухе.

"Тот, кто ответил нашему праотцу Аврааму на горе Мория, тот ответит и Нам и услышит Наши молитвы;

"Тот, кто ответил нашим прародителям, когда они взывали о помощи у вод Чермного моря, умоляя спасти их от войск Египетских, гнавшихся за ними, тот услышит и наши мольбы.

И кончается молитва:

"Тот, кто услышал молитвы царя Давида и сына его Соломона в Иерусалиме - Тот и нам поможет".

Этот характер и содержание молитв, связанных с исторически, ми личностями называются "ответами", так как во всех этих случаях Господь ответил благотворными деяниями. Характерно, что отдельные исторические события, указанные в молитвах о дожде, связаны с водою. Как, например, молитвы пророка Самуила в районе Мицпа и пророка Ионы во чреве рыбы, и наших прародителей на берегу Чермного моря, - все эти события были связаны с водой. К этим молитвам добавлены стихи и песнопения из библейских текстов, в которых упоминаются темы о воде.

Далее >>

Ваша оценка этой темы
1 2 3 4 5