Три судьбы (начало)
Раскрыть эту статью в полный экран   Назад в журнал

Г. Шимон

Марк Шагал, Нахум Гутман, Меир Аксельрод - фигуры знаковые. Это были звезды первой величины, а их расположение на карте еврейской культуры образует своеобразный треугольник: Париж (Шагал) - Земля Израиля (Гутман) - Россия (Аксельрод), и в этом есть своя логика. У всех троих национальное самоощущение было неразрывно связано с их призванием.

М. Шагал. "Автопортрет". 1922г.

Н. Гутман." Автопортрет". 1928г.

М. Аксельрод. "Автопортрет". 1921г.

В 20 веке Марк Шагал (1887-1985) был, бесспорно, самым еврейским из всех еврейских художников. Он признавался, что всю жизнь нес на горбу свою малую родину - Витебск и его обитателей. С поднебесья Эйфелевой башни или Собора Парижской Богоматери ему виделись улицы и закоулки Витебска - возможно поэтому художник одарил евреев родного городка фантастической способностью парить над крышами.

В глубинной основе творчества Шагала - богатейший еврейский фольклор: пословицы и поговорки, притчи и сказки, обычаи и обряды. Волшебные образы: скрипачи на крыше, зеленые коровы, головы, отделенные от туловищ, летающие люди - не произвол безудержной фантазии, а визуализация идишских поговорок и воплощение образов еврейского народного творчества. О Шагале говорят, - и как правило, с полным на то основанием, - как об экспрессионисте, сюрреалисте, неоромантике, поэтическом или метафорическом символисте, реалисте, а он был просто Шагалом, единственным и неповторимым, - само воплощение идишской ветви национальной культуры, зародившейся в убогих местечках и взошедшей поразительными по красоте и силе воздействия произведениями искусства.

Идишкайт - лишь одна грань творчества Марка Шагала. Другая - Библия. Над первым циклом иллюстраций к ней он работал в начале 30-х годов, для чего предпринял поездку на Восток, побывал в Египте и на Земле Израиля. После войны Шагал начал новую библейскую серию, к которой примыкает цикл "Псалмы Давида". Мотивы и образы Танаха широко использовались им в станковой живописи, гуашах, акварелях, рисунках, в монументальных росписях, витражах, мозаиках, в частности, в панно, украсивших зал Кнесета, в замечательных витражах в синагоге медицинского центра Хадасса в Иерусалиме. Библия для Шагала - средство приобщения к космическому бытию еврейской истории и еврейского народа. Шагал, родным языком которого в жизни и в искусстве был идиш, словно заговорил на языке Торы.

При этом более шестидесяти лет Шагал жил и работал во Франции - Париже и Сен-Поль-де-Вансе. Шестьдесят лет самого что ни на есть непосредственного участия в творческих процессах французского, европейского, мирового искусства. И потому рядом с Библией - российская поэма в прозе Мертвые души, и тут же рисунки к басням Лафонтена, к роману Лонга Дафнис и Хлоя. Приемы кубизма и утонченный колоризм Парижской школы, воспоминания о русских примитивах и еврейских лубках слиты воедино. И потому вслед за Псалмами Давида возникают Распятия и Святое семейство, мозаики, витражи, керамические панно в капелле в Асси, в Савойе, собор в Меце, церкви в Цюрихе и Майнце, собор в Реймсе. Но и в изображение христианских сюжетов Шагал внес элементы еврейской интерпретации. Обращение к этим сюжетам сопровождалось сомнениями и раздумьями. Шагал советовался с друзьями, с главным раввином Франции и даже написал письмо президенту Израиля Хаиму Вейцману. Прислушайтесь к собственному сердцу, - ответил ему Вейцман. Марк Шагал был и остался великим художником, принадлежащим, как говорили в древности, городу и миру. Каким бы космополитичным ни было порой его искусство, в нем живет и пульсирует еврейская душа мастера. Именно в этой наднациональности, питающейся идишем местечка и ивритом Библии, видится высший уровень еврейского универсализма, подобный провидениям библейских пророков о грядущих временах.

Шагал был в Израиле восемь раз, но приехать насовсем так и не решился. В свой первый приезд, в 1931 году, сидя на балконе дома Бялика и беседуя с хозяином за чаем, художник наблюдал движущуюся по улице толпу. Вот они - молодые, здоровые евреи. Вы посмотрите, какие тела! Солнце так и играет на мускулах. Их бы только и писать!

Кто же их напишет?..

М. Шагал. "Рабби из Витебска". 1914г.

Н. Гутман. "Йеменский еврей в Иерусалиме". 1913г.

М. Аксельрод. "Старик у стола". 1925г.

Семья Симхи Бен-Циона, писателя и учителя из Одессы, переехала в Палестину, когда Нахуму было семь лет. Они поселились в Яффо, в Неве-Цедеке - первом еврейском квартале арабского городка. Нахум учился в иерусалимской Школе художеств и ремесел Бецалель, несколько лет провел в Париже, Берлине и Вене, но его жизненной и творческой судьбой стал Тель-Авив. Однако, когда Нахума привезли сюда, Тель-Авива еще не существовало в природе; город возник буквально на глазах, рос и развивался с фантастической быстротой. Ему повезло: в лице Нахума Гутмана (1898-1980) и талантливой молодежи его поколения он обрел своих летописцев, живописцев и поэтов.

Продолжение

Ваша оценка этой темы
1 2 3 4 5
           
Москитные сетки на пластиковые окна самостоятельный замер москитной сетки.