Гл. страница >> Проводник >> р. А. Штейнзальц >> Книги >> "Простые слова" >> Голливуд

Перед Вами электронная версия книги А. Штейнзальца "Простые слова".
Подробнее об издании этой книги и возможности ее приобретения  – здесь.


ГОЛЛИВУД

Голливуд – это не просто место на географической карте, это целый мир. Он совершил настоящее чудо: создал новую, великую и успешно функционирующую религию. Удачливые миссионеры – голливудские кинофильмы – распространили ее по всему земному шару, и она вербовала себе адептов быстрее, чем любая другая религия.

Конечно, голливудские фильмы – это еще и бизнес, и развлечение, и весьма эффективный способ проводить (даже убивать!) время. Однако с этой точки зрения кино не слишком отличается от любого другого бизнеса или индустрии развлечений. Голливуд преуспел не только в этом, добившись гораздо более серьезного результата: он влияет на повседневное существование людей, формирует их образ мыслей, определяет стиль жизни. Под его воздействием люди ставят перед собой те или иные задачи, выбирают определенный тип поведения. Мальчики копируют у кинозвезд осанку, походку и манеру разговора, а девушки готовы потратить последние сбережения, лишь бы их свадьба была «как в Голливуде».

Кроме того, Голливуд создает образы мира земного и мира небесного; он порождает желания и мечты. Какими бы ни были эти мечты – совершенно недостижимыми и эфемерными или вполне исполнимыми, – они овладевают умами и душами людей. В этом и состоит формирующее влияние религии, имя которой – Голливуд.

Как в большинстве языческих верований, у Голливуда есть идолы, поклоняющаяся им паства, жрецы и служители культа. Представители высшего голливудского духовенства не носят пышных титулов вроде архиепископа или Великого Ламы, но четко подразделяются на касты актеров, режиссеров, продюсеров и директоров картин. В своем мире они – абсолютные владыки и принимают законы, которые покорно выполняют те, кто стоит ниже их на иерархической лестнице.

Голливуд – религия синкретическая; в ней сосуществуют одновременно язычество, христианство и собственно «голливудские» элементы. Подобная разновидность верования не нова и не особенно плодотворна. Она призвана облечь в новую форму хорошо известные идеи с целью сделать их более доступными. Элементы язычества здесь очевидны. У этой религии нет основоположника, подобного Моисею для иудаизма и Мухаммеду для ислама. Вместо этого у нее есть целый сонм творцов, из которых одни безусловно признаны, а о других остались лишь смутные воспоминания. В Голливуде тот же пантеон, что и в античной древности: Бааль-Юпитер, верховное божество власти и денег; Марс-Один, свирепый воин и борец; Венера-Астарта, богиня плодородия (а в наше время – в основном, секса). Эти боги, как и их помощники, – абстракция, которая находит свое материальное воплощение в кинозвездах, фигурах в высшей степени мифических.

Подобно истуканам древности, идолы кино ничего не видят, не слышат и не чувствуют. Они – всего лишь образы, марионетки в руках продюсеров и директоров, жрецов Голливуда, несущих миру свою «благую весть». Этим мини-богам, звездам поклоняются миллионы. Они становятся предметом мечтаний и грез. Многочисленные фанаты носят с собой и целуют фотографии и плакаты с изображением кумира, замирают от восторга, прикоснувшись к нему или увидев вблизи. Поклонники кинозвезд, как и звезд рока, устраивают беспорядки, пышные вакханалии и предаются разгулу, как в древности.

Подобно многим религиям более раннего периода (Древнего Египта, Вавилона или Древней Греции), культ Голливуда не имеет определенной цели или миссии – он просто существует сам по себе. Его догматы туманны, а множество принципов (среди которых неписаные законы составляют большинство) не были систематизированы в новом «священном писании». Это еще одна черта, сближающая голливудскую религию с десятками других древних, примитивных, но, тем не менее, распространенных в свое время верований со всего мира. Они обходятся без «священных писаний», свода законов или теологии, однако имеют предельно четкие обряды служения, ясные принципы и формы поведения.

Подобно христианству (особенно протестантизму), религия Голливуда придает большое значение намерению и чувству. Поступки имеют второстепенное значение. До какой-то границы желательные эмоции могут оправдать любой результат. Главное, что имеет значение, – это добрые намерения героя, а то, каким образом он достигнет своей цели, играет несравнимо меньшую роль. Обаятельный мошенник, добросердечная проститутка, даже благородный наемный убийца при определенных обстоятельствах могут стать и становятся героями. Тем не менее голливудский герой – в отличие от голливудского же злодея – не совсем свободен от ограничений. Религия, которой он служит, загоняет его в довольно тесные рамки и не терпит людей или событий, слишком далеко выходящих за них. Ее внутренний моральный кодекс требует, чтобы некоторые преступления ни в коем случае не остались без наказания, однако если намерения твои чисты, ты влюблен, предан родине или стал жертвой окружения и тяжелого детства, если сама душа твоя чиста, то все остальное уже не важно.

В Голливуде верят в неотвратимый счастливый финал. Это обстоятельство сближает его с такими монотеистическими религиями, как иудаизм, христианство и ислам. Но, в отличие от них, он упрощает смысл идеи. Счастливый конец наступает быстро (он по определению должен быть в конце фильма) и почти не связан с деяниями героя – разумеется, если не считать исходно подразумеваемой «чистоты души». Смысл такого послания прост: жизнь подобна волшебной сказке и в конце все будет хорошо (только вот непонятно, благодаря какому трюку).

В фильмах могут быть приключения и напасти, взлеты и падения, но все это похоже на аттракционы в луна-парке. Никто не будет кататься на американских горках или чертовом колесе, если есть вероятность упасть и покалечиться, а возможно, и погибнуть. Вы будете наслаждаться остротой переживаний, потому что твердо убеждены в том, что непременно сойдете на землю целым и невредимым. Неважно, сколько времени и сил будет потрачено, но счастливый конец непременно наступит, потому что он не может не наступить. Плохие парни в конце концов будут побеждены и уничтожены; хорошие парни победят и будут счастливы. История в каких-то местах может оказаться трогательной и даже душераздирающей, но конец просто обязан быть не только положительным, но по-настоящему счастливым. Даже когда счастливый конец не встроен в историю (некоторые истории в принципе не могут оканчиваться счастливо, исходный материал не дает такой возможности), в голливудском пересказе она окончится счастливо, отступление от этой традиции сочтут святотатством.

В этом религия Голливуда отличается от языческих верований, которые придавали меньше значения морализаторству, оправдывали реальную жестокость и не внушали людям надежду на счастливый финал. (Во многих языческих верованиях представление о конце дней  крайне пессимистичное: обязательно наступит конец света и мир будет уничтожен. Греческие и скандинавские боги были смертны и изначально не могли решить все проблемы. В таких религиях мифы буквально пропитаны жестокостью и ощущением нерешенного конфликта). В греческих трагедиях нет ни решений, ни счастливого конца, а некоторые из них оканчиваются гибелью всех и вся. Голливуд не приемлет такого негативизма, и не только потому, что людям это не понравится, – просто последний идет вразрез с сущностью его религии.

В чем же она состоит? Только не в сексе. Несмотря на то, что он так или иначе присутствует практически в каждом фильме и лишь очень немногие голливудские постановки можно считать полностью лишенными всякой сексуальности, секс не является главным. Во многих языческих религиях секс – один из центральных обрядов. В соответствии с моральным кодексом Голливуда, секс возможен только в том случае, если между партнерами возникает любовь, пусть и иллюзорная. Даже в самых откровенных постановках секс имеет хотя бы внешнее сходство с любовью. Каждый, кто занимается «чистым», лишенным любви сексом, безусловно является злодеем. В любом случае, даже там, где секс носит вопиюще откровенный характер, он не самоцель. Секс передает очарование героя или является той наградой, которую он получает за свой успех.

Главный догмат Голливуда можно выразить одним словом: счастье. Счастье составляет цель и смысл всего. Кому-то для его достижения достаточно сидеть в одиночестве и смотреть на деревья, кому-то важно работать не покладая рук и добиваться результата – но эти примеры не подходят под определение «счастье по-голливудски». Здесь счастье – в комфорте в этом мире. Это земное счастье, а не небесное, оно весьма далеко от ощущения райского блаженства. Материальные блага, дом, образ жизни – вот счастливый конец, венчающий полтора часа борьбы и страданий. Успех имеет сугубо материальное выражение, и достижения определяются по стоимости приобретенного. За каждой голливудской историей стоит погоня за таким счастьем, которое герои в конце концов и обретают.

Сложив все вышеуказанные элементы и соединив их со стремлением охватить как можно больше людей, мы получим еще один важный аспект голливудского культа: восхваление посредственности. Выдающиеся достижения в любой области человеческой деятельности не представляют интереса для этой религии. Голливудская мечта – это не значит быть первым в своем деле, завоевать всемирное признание, славу или принести что-либо человечеству. Основная цель – обеспечить себе комфортабельное положение в определенных слоях общества. Исключительность просто не вмещается в рамки данной религиозной доктрины.

Мечта состоит в том, чтобы стать преуспевающей посредственностью. Голливуд не прославляет ни гениев, ни дураков, он почитает обычных людей. Выдающиеся исторические фигуры принижают до нужного уровня, чтобы они не выделялись среди остальных, вливались в общий поток. Голливуд заставляет обыкновенного человека поверить в то, что герой похож на него самого, каким он предстает в своих мечтах, только чуть-чуть сильнее, умнее, красивее, и даже если этот герой наделен сверхъестественными способностями – за всем этим маскарадом на самом деле кроется удачливый обыватель.

Подобно олимпийским богам, голливудские герои – обычные люди, ничем не замечательные, ничего особенного собой не представляющие, но наделенные неким гипертрофированным свойством, не лишающим их, впрочем, заурядности. Хвала простым, ничем не примечательным людям. Красавица должна быть улучшенной версией девочки из соседнего дома. Поэтому голливудский стиль красоты не выходит за рамки нормальной привлекательности. Люди с нестандартной, необычной красотой (воспетой, к примеру, Модильяни или Рубенсом) здесь не популярны. Голливудский герой должен быть возведенным на пьедестал простым человеком, он обязан оставаться в рамках нормы.

Это справедливо в отношении всех видов кинопродукции, даже мультфильмов Диснея, которые используют те же образы. Герои таких лент создаются по тем же лекалам, что и люди-кинозвезды; по правде говоря, они получаются даже лучше, потому что упрощены. Прекрасным примером этому является «Алладин»: немного чудес, немного юмора; все очень мило и прелестно, все отлично упаковано. Между Алладином и Бэмби нет практически никакой разницы – у них даже глаза одинаковые.

Цель Голливуда – создать хорошо спланированный, технически безупречный сон наяву, тихо нашептывающий: «У меня все хорошо; у тебя, в основном, тоже все хорошо, не считая небольших отклонений; у нас все будет хорошо. Ты ведь тоже герой; посмотри на этих кинозвезд – внутренне ты очень похож на них; может быть, не так красив и силен, но можешь помечтать о том, чтобы стать такими же, как они».

Эта религия не требует от своих адептов и даже от жрецов ничего сверхъестественного. Созданные Голливудом образы не обязательно плохие, но они изначально неглубоки. Поверхностность – их неотъемлемая черта: все должно быть понятно, доступно аудитории, подогнано под ее уровень восприятия, все должно соответствовать ожиданиям зрителей. В Голливуде не могут снять хороший фильм о святом, потому что тот изначально стоит выше обывательской нормы. Святой не является частью обычного общества – он посторонний, он изгой, и поэтому зритель не может отождествлять его с собой. Вот почему хорошее, как бы оно ни изображалось, никогда не бывает очень хорошим – ведь тогда придется слишком много менять в себе.

Функции Голливуда – как в рекламной кампании: восхвалять дух Америки. Очень часто самым интересным и творчески оформленным разделом в журналах является реклама, ибо требуются недюжинные интеллектуальные усилия и талант, чтобы как следует преподнести товар. Явно или нет, но любая реклама утверждает, что если вы купите, к примеру, это платье, то будете в нем так же неотразимы, как модель, которая его рекламирует. На самом деле манекенщица может быть не менее красивой и в другой одежде, а большинство покупательниц, приобретших платье, не станут такими же красивыми, как манекенщица, даже когда наденут его.

Подобно всякой эффективной рекламной компании, Голливуд очень профессионален и прекрасно умеет добиваться поставленных целей. Он настолько преуспел, что создал целый мир: идеалы, людей, которые хотят ими руководствоваться, декорации, подходящие для того, чтобы вести голливудский образ жизни – грубое воплощение «американской мечты». Кроме того, между Америкой и Голливудом взаимовыгодные отношения: Голливуд черпает образы из Америки и одновременно воссоздает Америку по своему собственному образу и подобию. Он изображает не какую-то отдельную ее часть, а общество в целом, рисует картину фундаментального национального чувства оптимизма. Голливуд изображает мир как парк развлечений, и этот образ адресован демократической аудитории. Она важна не только потому, что платит за билеты и таким образом оказывает материальную поддержку религии, но и по той причине, что, по сути, воплощает в себе мечту и образ.

С этой точки зрения, Голливуд – это фабрика грез, причем очень мелких грез. Об упрощенном рае, о жизни, которая претендует с экрана на то, чтобы быть реальной, но на самом деле таковой не является. Настоящая жизнь не похожа на кино. В скольких голливудских фильмах вы видели, как делают уборку в доме или купают ребенка, в особенности перепачканного по-настоящему? В голливудском мире вам демонстрируют результаты, но не показывают трудовой пот, вы не видите настоящей черной работы. Подумайте, насколько отличаются реальные отношения между мужчиной и женщиной от тех, что мы видим на экране. Мы знаем, что в жизни не всегда и не все получается так, как в мечте. Однако Голливуд приучил нас верить в то, что все каким-то непонятным образом закончится хорошо, что жизненные неудачи – не более чем мелкие неполадки. Мы склонны думать, что если что-то не идет на лад, то лишь по нашей собственной вине: значит, мы с самого начала поступали неправильно или не нашли верное решение. Даже те немногие фильмы, где нет счастливого финала, мы склонны интерпретировать в традиционном духе: нам кажется, что неудачи и провалы случайны и не достойны внимания. Нам кажется, что беда исчезнет сама собой, благодаря удаче, действиям героя – да как угодно. Люди, конечно же, понимают, что все это – иллюзия, но тем не менее верят, что когда-нибудь она станет реальностью. Воистину, Голливуд – «опиум для народа».

Будучи вполне самодостаточной, религия Голливуда по сути своей не революционна, скорее наоборот. Она не старается изменить существующие нормы и уж точно не насаждает новые, но лишь отражает существующие тенденции, усиливая их. Когда актеры и герои фильмов ведут себя так, как несколько лет назад нельзя было даже представить, то подобное поведение – результат эволюции общественных моральных норм. Голливуд поддерживает статус-кво, провозглашает его идеалом мечты американского обывателя и таким образом сводит на нет возможность перемен.

Практически каждое революционное движение последнего времени несло и несет в себе некое мессианское видение преобразований, которые оно намерено привнести в мир, чтобы сделать его лучше. Поистине революционные взгляды непременно дол-жны включать в себя понятие борьбы, в ходе которой преодолеваются трудноразрешимые проблемы и облегчаются тяжкие страдания. Все это не те темы, с которыми хотел бы иметь дело Голливуд, не производящий революционные фильмы и не отображающий подлинные бедствия человечества. Иногда на экране проскальзывают страдания, но настоящие трагедии и истинно революционные события остаются за кадром. (Даже воистину революционные темы в Голливуде звучат приглушенно. К примеру, в фильме Сесиля Б. де Милля «Десять заповедей» Моисей и даже Сам Всевышний представлены на слащавый голливудский манер).

Голливудская мечта нужна зрителям кинотеатров и тем, кто сидит дома у экрана телевизора, предаваясь мечтам. Религия Голливуда с успехом проникает в жизнь и настолько сильно влияет на массовую культуру, что практически каждый хотя бы немножко верит в чудеса (однако и этой полуверы вполне достаточно, ведь основная идея так убедительна и трогательна).

Все это делает религию Голливуда достаточно сильной, чтобы постепенно разрушать, а потом и полностью уничтожить другие религиозные верования и культы. Так, похоже на то, что Голливуд сыграл более значительную роль в крахе коммунистических режимов, чем вся военная машина Соединенных Штатов. Голливудская мечта проникала сквозь щели в «железном занавесе», но этому факту не придавали особого значения – и зря: она создала новое сознание, в котором мечты о всеобщем равенстве и братстве сменились характерными для посредственности грезами о комфорте и материальном эквиваленте счастья.

Не исключено, что и религия Голливуда умрет, подобно многим другим, и сам он, конечно, может уменьшиться в размерах или переехать на другое место, – но это не значит, что его идеи исчезнут. Сейчас Голливуд крепко стоит на ногах и, пустив глубокие корни в реальной жизни, снабжает мир грезами наяву.

Нужно снести стену монолит? Сверление и бурение отверстий в Москве. http://swan-swan.ru/personal/perevod-pasporta-i-notarialnoe-zaverenie/ . Безадресное распространение листовок