Главная страница >>Библиотека >> "Улицы хранят память", д-р. Р. Неер >> части I, II, III, IV, V, VI, VII

Перед Вами электронная версия книги "Улицы хранят память", д-р. Р. Неер", изд-во "Амана"
Подробнее об издании этой книги и возможности ее приобретения – здесь.
Zip-файл >>


ТОМАШ МАСАРИК

На первый взгляд кажется удивительным, что многие улицы в Израиле названы именем нееврея Томаша Масарика, который был чешским президентом между двумя мировыми войнами. Тем не менее, и в Тель-Авиве, и в Иерусалиме, в Бат-Яме, Петах-Тикве, Нетании, Рамле и Нагарии есть улицы Масарика.

Он родился в Моравии (1850г.) в католической семье, где антисемитизм был в порядке вещей, но благодаря школьным товарищам-евреям и некоторым еврейским деятелям, которых он очень ценил, ему стала понятна опасность антиеврейского стереотипа.

Закончив Венский университет, Масарик в 1899г. получил место преподавателя философии в Пражском университете.

Он был на этом посту, когда в 1899г. разразилось так называемое "полненское дело", или "дело Гильзнера". Полна – это деревня в Богемии. Первого апреля 1899г. в соседнем с деревней лесу нашли труп 19-летней швеи Анешки Груши. Подозрение пало на четырех молодых бродяг, которые орудовали в этом лесу. Среди них был 22-летний умственно отсталый еврей Леопольд Гильзнер. Арестовали только его и после допроса обвинили в ритуальном убийстве. Никаких улик против него не было, но местный суд приговорил его к смертной казни. Вся антисемитская пресса Австро-Венгерской Империи заправляла этим делом. Антисемитизм вспыхивал по всей Богемии, особенно в Праге, где преподавал Томаш Масарик. Он опубликовал два памфлета, в которых протестовал против обвинения Гильзнера не столько из симпатии к нему, сколько из желания уберечь христиан от преступных утверждений.

Сразу же против Масарика были организованы демонстрации протеста, и его лекции в Пражском университете пришлось отменить. Но в либеральных кругах Масарика начали считать одним из великих поборников справедливости. Когда в 1907г. он поехал в США, еврейская община оказала ему горячий прием.

Занятая им позиция против антисемитов в деле Бейлиса только укрепила его известность как защитника евреев.

Слишком либеральный в глазах военного правительства Австро-Венгрии, Томаш Масарик бежал в разгар Первой мировой войны в США, где он получил статус политического беженца. В это время он завязывает дружбу с главными сионистскими вождями США – такими как Брандайз и Мак.

В конце войны на руинах Австро-Венгерской империи при поддержке западных сил создается новое государство Чехословакия. Масарика выбрали ее президентом, и на этом посту он оставался до 1935г., после чего счел необходимым в возрасте 85 лет уйти в отставку.

Все шестнадцать лет своего президентства Масарик обеспечивал евреям полное равноправие. Он яростно боролся против всякого проявления антисемитизма и поддерживал сионизм открыто. В 1927г. он приехал с официальным визитом в британскую Палестину и интересовался, как продвигается создание "еврейского национального очага". По всей стране его горячо принимали. В его честь посадили в Галилее лес к юго-востоку от Нацрата. Однако еще примечательней, что тель-авивский муниципалитет присвоил ему звание почетного гражданина в тот момент, когда он ушел с поста президента Чехословакии.

Совсем уже старый, но не дряхлый Масарик следил за тем, что делал целые два года его преемник Эдуард Бенеш. В 1937г. Масарик умер и таким образом был избавлен от несчастья видеть свою страну под оккупацией Гитлера. А в 1938г. на юге от Акко был создан киббуц имени Масарика – Кфар-Масарик.

Во Франции в конце XIX века, подобно тому, как Масарик возмутился процессом Гильзнера, великий писатель Эмиль Золя (1840-1902) возмутился несправедливому обвинению в измене, выдвинутому против капитала Дрейфуса. "Дело Дрейфуса" началось с ареста капитана Альфреда Дрейфуса в конце 1894г. и с его публичного разжалования в январе 1895г. Однако только в 1897г. некоторые деятели поняли, что была совершена несправедливость. До тех пор Золя жил в мире литературы, не интересуясь ни атисемитизмом, ни борьбой против него. Возмутившись явным попранием справедливости, он опубликовал в январе 1898г. в парижской газете "Лорор" свою знаменитую статья "Я обвиняю", которая произвела сильное впечатление и стоила ему самому суда и обвинения. Чтобы не попасть в тюрьму, он бежал в Англию, откуда не вернулся до пересмотра дела. Вскоре он умер (1902г.)

В честь знаменитого писателя и борца против несправедливости – Эмиля Золя – в Израиле названы улицы в Иерусалиме и Тель-Авиве.

К содержанию >>

ЗЕЭВ ЖАБОТИНСКИЙ

Личность многогранная, противоречивая, но даже самые заклятые враги считали его человеком незаурядным, наделенным даром провидения. Жаботинский был прозаиком, поэтом, политическим вождем, горячо преданным идее создания еврейского государства. Но умер он в 1940г., не увидев плодов своих усилий. В завещании, составленном в 1939г., он писал: "Мои останки пусть перевезут в Эрец-Исраэль, если на то будет распоряжение еврейского правительства." В 1965г., спустя 25 лет после его смерти, правительство Израиля решило перевезти останки из Соединенных Штатов, где он умер, в Иерусалим. Он был перезахоронен, как и его жена, со всеми официальными почестями на горе Герцля, недалеко от могилы самого Герцля.

Тогда в Израиле стояло у власти социалистическое правительство. Жаботинский же считался человеком правой ориентации. Но самые искренние знаки почтения ему выказали все слои населения, все политические группировки. Вот почему улица Жаботинского есть почти в каждом городе Израиля: в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе, Беэр-Шеве, Акко, Бейт-Шемеше, Афуле, Рамле – овсюду, всех городов и городков не печислить.

Одесса, где в 1880г. родился Жаботинский, была в те времена в экономическом расцвете. Большой, оживленный относительно молодой город нисколько не походил на восточно-европейский "штетл". Однако евреи составляли 30 процентов населения в конце XIX в.. Но это были современные евреи, которые превратили Одессу в центр Гаскалы. Движение "Ховевей Цион" там было значительным, иврит – в чести благодаря таким людям, как Ахад-Гааму, Бялику и даже Усышкину, который часто и подолгу жил там.

Жаботинский вырос в нетрадиционной обстановке с точки зрения религии, но был горячим сторонником иврита и идеи еврейской родины. Он ходил в русскую школу, но уже с 11-12-ти лет изучал иврит с частным учителем. В молодости он почти ничего не знал о религиозных еврейских праздниках и традициях, но бегло говорил на иврите и часто писал на этом языке. Впрочем, у Жаботинского были большие лингвистические способности. Кроме русского, иврита и идиша, которые он знал с детства, он владел французским, итальянским, английским и немецким. Его ораторский дар заставлял толпу утихнуть, на каком бы языке он ни говорил.

В 18 лет Жаботинский начинает разъезжать и продолжает так всю жизнь: бесконечные поездки на конференции по всей Европе, по Соединенным Штатам, Палестину, когда ему разрешает английское мандатное правительство.

Берн (Швейцария), затем Рим – его первые поездки за границу. Там он изучал право, зарабатывая на жизнь уже как журналист. Он был корреспондентом многих одесских газет и часто писал под псевдонимом “Альталена" ("Рычаг").

Закончив обучение, он вернулся в Одессу и стал известным журналистом. Его статьи и фельетоны в "Одесских новостях" – одной из самых крупных ежедневных газет – ользовались большим успехом. Позднее он переехал в Санкт-Петербург.

Его сионистская борьба усилилась особенно после кишиневского погрома. В это время Жаботинскому исполнилось 23 года. Он присутствовал на Шестом сионистском конгрессе 1903 года. Герцль произвел на него сильное впечатление, просто заворожил. Но это не помешало Жаботинскому стать одним из главных противников предложенной Герцлем Уганды.

До Первой мировой войны Жаботинский занимается исключительно журналистикой и писательством. Он один из руководителей сионистской газеты "Рассвет" в России, но успешно сотрудничает и в популярной русской прессе. В 1907г. в промежутке между двумя предвыборными кампаниями в думу, которые он должен отражать в своей газете, Жаботинский женится.

Как корреспондент ежедневной газеты "Русские ведомости" Жаботинский едет в Западную Европу, когда в августе 1914г. вспыхивает Первая мировая война. Он отправляется в Швецию, в Англию, в Бельгию и во Францию. Там он узнает, что 30 октября 1914г. Турция вступила в войну на стороне Германии. Он немедленно понял значение этой новости для будущего еврейского народа. Палестина – еще турецкий доминион. Падение турецкой империи откроет совершенно новые возможности перед еврейским народом.

Решив ознакомиться с мнением мусульманского населения, он поехал в Северную Африку, оттуда отправился в Александрию (под английским владычеством), где встретил уже более 10000 евреев, приехавших из Палестины в поисках убежища.

Необходимость создать еврейскую армию целиком завладела его мыслями. Вместе с Йосефом Трумпельдором, который как раз был тогда в Александрии, они собираются набрать добровольцев из беженцев в "Еврейский легион", который освободил бы Эрец-Исраэль от турок. План начинает обретать конкретные формы, которые, впрочем, Жаботинский не одобряет1, и он уезжает в Лондон. Там он действительно создает еврейский легион, несмотря на все трудности.

Между 1915 и 1916 гг., когда исход войны был еще совершенно неясен, большинство сионистов хотело, чтобы сто движение полностью соблюдало нейтралитет и № поддерживало, особенно военным путем, англичан. Жаботинский резко осуждал такую позицию, слишком, по его мнению, пассивную. Он был убежден, что, если Турция падет, сионисты получат право голоса на мирных переговорах только при условии, что они будут сражаться на стороне Франции или Англии. Его упрекали в чрезмерной воинственности и считали "милитаристом". Однако Вейцман разделял его взгляды, хотя не решался заявить об этом открыто. Один из немногих, кто действительно поддерживал Жаботинского, был Меир Гроссман2, тоже журналист, переехавший из России в Лондон. Трумпельдор, приехав на несколько месяцев в Лондон, тоже оказал ему посильную помощь.

В конце концов решительную поддержку оказало английское правительство. В 1916г. был принят закон об обязательной воинской повинности для всех британских граждан. Евреи, бежавшие из России от погромов, не были английскими подданными, и молодое поколение уклонилось от исполнения этого закона. Английские призывники пришли в ярость, начались ссоры и стычки. Правительству пришлось вмешаться. От этих русских евреев требовали, чтобы они пошли в английскую армию добровольцами, иначе их вернут в Россию. Но они не хотели ни того, ни другого. Тогда-то Жаботинский им и предложил записаться в Еврейский легион, который будет сражаться на стороне англичан, но в Палестине, чтобы выгнать турок. Это предложение они приняли.

Так в 1917г. был сформирован 38-й полк "королевских стрелков", который и приступил к усиленной военной подготовке. В 1918г. он был послан из Палестины на фронт. С 39-ым батальоном, набранным в США, он играл важную роль в последние месяцы войны в Палестине. Жаботинский записался в него простым солдатом и проходил наравне со всеми интенсивную военную подготовку. Потом он дослужился до младшего офицера, а затем – до старшего.

Со своим легионом он высадился в Александрии I июня 1918г. Позднее он провел несколько дней в Тель-Авиве, содействуя созданию 40-го батальона, набиравшегося из молодых евреев Эрец-Исраэль, но не успевшего принять участие даже в последних сражениях3. Жаботинский уже тогда предвидел нападения арабов на евреев, которым англичане обещали "национальный очаг" в Декларации Бальфура. Он считал, что Еврейский легион необходимо держать в боевой готовности, и прилагал большие усилия, но безуспешно. Англичане распустили всех солдат по домам. Жаботинский демобилизовался в августе 1919г. Тогда он организовал группу еврейской самообороны, главным образом из бывших солдат Еврейского легиона и стал ее руководителем.

Первые волнения против евреев начались в Иерусалиме в апреле 1920г. Арабы нападали на евреев, а англичане сначала не вмешивались. Жаботинский со своей группой предпринял ответные нападения на арабов. Англичане арестовали его и посадили в тюрьму вместе с девятнадцатью его соратниками. Суд состоялся 10 апреля 1920г. Жаботинского приговорили к 15 годам заключения с последующей высылкой. В аккской тюрьме он начал серьезно сомневаться в том, что англичане выполняют свои обещания, записанные в Декларации Бальфура.

В июле 1920г. после военной оккупации в Палестине было создано гражданское управление во главе с английским верховным комиссаром. Первым вступил на этот пост еврей Герберт Сэмюэл. Сразу же по прибытии он объявил всеобщую амнистию политическим заключенным, как арабам, так и евреям. Жаботинский тоже был "амнистирован" (он считал этот термин оскорбительным), как и арабы, которые нападали первыми, что его возмущало. Он все более и более убеждался в необходимости самообороны.

Но его мнение не находило широкой поддержки. Однако, несмотря на резкие возражения, его назначили членом Исполнительного сионистского комитета, и в этом качестве он ездил по Европе с лекциями. Его популярность росла, особенно среди евреев Восточной Европы. Но росло и число его противников, в основном среди сионистских политиков левого направления, которые соглашались с различными решениями англичан. Когда в 1922г. весь восточный берег Иордана был отнят англичанами у "еврейского национального очага" и отдан эмиру Абдулле из Хиджаза, он воспринял это как вопиющую измену англичан, и пассивность сионистских руководителей его до того возмущала, что в конце концов в феврале 1923г. его исключили из сионистского исполнительного комитета. В том же году в одной из своих поездок с лекциями в Европу он столкнулся с рижской молодежью, которая настаивала, чтобы он не уходил из политики. Тогда и образовалась первая ячейка "Бейтара". Очень быстро молодежное движение "Бейтар"' распространяется в Европе и в Палестине. Его неоспоримый и старший руководитель – Жаботинский.

Со всех сторон его соратники и почитатели настаивают, чтобы он вернулся к политической деятельности. Наконец в 1925г. образуется Всемирный союз ревизионистов, представители которого входят в Сионистский конгресс и образуют в нем оппозиционную партию. Ее программа требует ревизии сионистских целей. Национальный очаг, согласно программе, не может удовлетворить евреев, необходимо еврейское государство – без опеки англичан, совершенно самостоятельное. Сначала центр нового движения был в Париже, где Жаботинский жил с женой и сыном Эри, хотя и бесконечно разъезжал.

Его выступления на сионистском конгрессе завораживали даже противников; его лекции делали его самым ярым сионистом в глазах одних и вызывали самую ярую критику у других.

Нарастали столкновения между ним и левыми сионистами, составлявшими большинство. С приходом Гитлера к власти Жаботинский бьет тревогу, но его не очень-то слушают. Наконец, он чувствует себя связанным "сионистской дисциплиной", запрещающей политические начинания, не одобренные большинством. В 1935г. он выходит из сионистской организации и создает "Новую сионистскую организацию". Некоторые друзья его не поддержали, считая, что он зашел слишком далеко, но у него было и много сторонников. Его выбрали председателем этой "Новой сионистской организации", которая набрала силу и получила поддержку молодых бейтаровцев.

Отныне Жаботинский занимает все более агрессивную позицию относительно мандатных властей в Палестине. Он поддерживает нелегальную иммиграцию и организацию Эцель ("Иргун цва леуми", "Военная национальная организация") и становится ее главой в 1937г., хотя руководит ею издалека, поскольку англичане чинят препятствия его пребыванию в Палестине.

В начале Второй мировой войны он возвращается к идее Еврейского батальона для борьбы против Гитлера. В феврале 1940г. он приезжает в США, чтобы набрать там еврейскую армию. Но во время посещения летнего лагеря бейтаровцев под Нью-Йорком в августе 1940г. он скоропостижно скончался от сердечного приступа. Ему еще не было и шестидесяти.

Талантливый журналист, автор множества статей о текущих событиях, написанных на всех доступных ему языках, он к тому же был поэтом, переводчиком на русский (например, стихов Эдгара По), с иврита (стихов Бялика) и т.д. и блестящим прозаиком.

Но в историю он вошел как прозорливый политик, а в израильскую жизнь – как вдохновитель партий Херут, (позднее Ликуд), которая находится под его влиянием и по сей день. Место в Тель-Авиве, где он жил, называется "Мецудат Зеэв" ("Крепость Зеэва"), а молодые бейтаровцы и поныне поют сочиненный им гимн.

Далеко не такой догматик, каким его часто считают, аналитик, проникающий в политику великих держав, иногда ошибающийся, но всегда готовый в этом признаться, почти всегда дальновидный и чуть ли не провидец, Зеэв Жаботинский – выдающаяся личность еврейского народа, как бы и кто бы это ни оспаривал. Тому свидетельство улицы его имени во всех израильских городах и кварталы Писгат-Зеэв и Гиват-Зеэв в Иерусалиме.

Герцль и он принадлежали к двум разным поколениям; они придерживались разных методов, разных идей, разных тактик. Жаботинский был горячим почитателем Герцля, у которого он почерпнул мысль о создании еврейского независимого государства. Герцль умер в 1904г., Жаботинский – в 1940. Но они были двумя колоссами, на которых смогло появиться государство Израиль. Их две могилы находятся рядом на горе Герцля в Иерусалиме, подтверждая правоту такого взгляда на этих двух людей.

Примечания

1. Образованный таким образом в 1915г. легион на мулах потом присоединился к английской армии в борьбе с турками, но не в Палестине, а в европейской части Турции, возле Дарданелльского пролива. "Поход Галиполи" обернулся разгромом франко-английских войск. В еврейском батальоне на мулах тоже были потери. В 1916г. этот легион расформировался. В Тель-Авиве есть улица "Галиполи".

2. Меир Гроссман (1888-1964). Улицы названы в честь него в Иерусалиме, Тель-Авиве и т.д. Верный соратник Жаботинского. В 1925г. основал газету "Палестинские вести", издававшуюся в Иерусалиме на английском языке и предшествовавшие "Палестиниан пост", ставшей в 1950г. "Джерузалем пост".

3. В своей книге "Слово о полку" Жаботинский описывает всю эту историю. Опубликованная в России (1928), книга появилась в Англии уже после смерти Жаботинского.

4. Начальные буквы ивритских слов "Брит Трумпельдор" ("Союз Трумпельдора") в память о том, кто с Жаботинским был в Еврейском легионе и погиб в 1920 в Тель-Хае.

К содержанию >>

ГЕНРИЕТТА СОЛЬД

В Израиле есть города, где улицы названы именами женщин – героинь Танаха – например, Рут, Рахель, Двора или Эстер1. Но совсем немного улиц называются именами современных женщин. Генриетта Сольд входит в число таких исключений. Потому что и жизнь у нее была исключительной, а ее роль в деле развития Израиля в двух небольших, но решающих для будущего страны областях – дравоохранение и социальная защита – можно сравнить с ролью немногих мужчин.

В Иерусалиме, Хайфе, Лоде, Рамат-Гашароне, Петах-Тикве, Афуле, Акко, Нагарии, Кфар-Саве и т.д. улицы носят ее имя. На севере Израиля есть киббуц, который называется Кфар-Сольд.

Генриетта Сольд родилась в США, в Балтиморе в 1860г. в семье раввина Биньямина Сольда, выходца из Центральной Европы, как и его жена Софи. В семье были только дочери. Старшая – енриетта – стала правой рукой отца. Она получила светское и религиозное образование, причем очень солидное, что было редкостью в те времена. Как старшая из восьми Дочерей (трое умерли маленькими) в небогатой семье, она очень рано начала работать и в 18 лет стала школьной учительницей в Балтиморе. У нее были выдающиеся педагогические способности.

Было у нее призвание и к социальной работе. В 21 год она начинает помогать отцу заботиться о евреях, бежавших из России от погромов 1881г. и осевших в Балтиморе. Она занималась тем, что облегчала им вхождение в американское общество.

У нее были еще и большие писательские способности. Она сотрудничала во многих еврейских газетах, выступала в литературных или социальных рубриках. Писала письма друзьям, которые были просто жемчужинами. Сборник ее писем (на английском) -одно удовольствие читать.

Кроме английского она знала немецкий, французский и иврит. Благодаря такому широкому образованию, в 1893г. ее назначили генеральным секретарем издательства еврейских книг в разгар его процветания: общество еврейских публикаций, находившееся в Филадельфии и существующее по сегодняшний день. Она в нем играла решающую роль 23 года, сначала в Филадельфии, потом в Нью-Йорке.

Ужасное разочарование в любви вызвало у нее тяжелую депрессию, усугубившуюся потерей незадолго до того отца, который был ей и другом, и советником в делах издательства. Она буквально зачахла. Ее состояние вызывало тревогу. Ей необходимо было сменить обстановку. Друзья предложили ей с матерью длительную поездку по Европе и Палестине, которая ей была не по карману: зарплаты хватало только на жизнь ей и матери.

Генриетта Сольд уже давно входила в кружок "Ховевей Цион" в Балтиморе, а позже с большим энтузиазмом отнеслась к Первому базельскому сионистскому конгрессу. Она с благодарностью приняла предложение друзей.

В июле 1909г. она и мать отправились в путь. После многих недель в Англии, Франции и Центральной Европе прибыли в Палестину, где они прожили месяц. Генриетта Сольд увидела реальную страну, переставшую быть для нее абстрактным предметом сионистских дискуссий, и это ее глубоко взволновало. Увидела она и бедное население, ужасно худых детей, распространенную трахому, малярию. В ней постепенно созрела мысль, что в Палестине нужно наладить физический труд, столь необходимый для страны и для здоровья людей. Она возвращается в Нью-Йорк окрепшая, и в голове у нее масса планов. Но они окончательно складываются лишь через несколько лет.

Дело двигалось медленно. В праздник Пурим 1912г. было создано первое ядро женской организации, предназначенной для посильного вклада американских женщин в дело развития медицины и социальных услуг в Палестине не в порядке милосердия, а в порядке профессиональной и денежной помощи. Образовавшийся в Пурим, первый кружок получил название "Гадаса" (другое имя царицы Эстер – см. Эстер 2:6). Организация постепенно расширялась, захватывала другие города США, где филиалы носили разные названия. На первом большом съезде всей организации в июне 1914г. было официально принято единое название "Гадаса", а Генриетта Сольд избрана председателем всей организации, насчитывавшей уже две тысячи членов. Через три года это число удвоилось, а сегодня оно достигает почти полумиллиона.

Первый практический шаг состоял в том, что в Палестину послали двух опытных медсестер. Жалованье они получали из фонда Натана Штрауса, которого Генриетта Сольд сумела привлечь к делу "Гадасы" и о котором мы еще скажем. Он снял маленький дом в бедном квартале Иерусалима, и там устроили приемный покой и кабинеты сестер. Прибыв весной 1913г. сестры оставались в Иерусалиме до начала войны 1914г., работая в условиях, которые даже отдаленно не напоминали американскую клинику. Ни водопровода, ни газовых плит, ни электричества, ни кареты скорой помощи. Это и был зародыш будущих больниц "Гадаса".

Сестрам удалось наладить лечение трахомы у детей в еврейских школах, а также в мусульманских и христианских, ибо один из великих принципов "Гадасы", соблюдающийся и по сей день, заключается в том, чтобы не делать различия между вероисповеданиями и происхождением и оказывать одинаковое внимание всем. Генриетта Сольд и Натан Штраус за этим строго следили, и их преемники продолжают эту традицию, которая стала правилом в больницах Гадасы.

Две медсестры создают кружки по уходу за младенцами для молодых матерей, лечат больных младенцев.

Когда началась Первая мировая война, деятельность Генриетты Сольд, возглавлявшей "Гадасу", развернулась еще шире. Новости из Палестины, поступающие в Соединенные Штаты (остававшихся нейтральными до весны 1917г.), были ужасными. Турки (союзники Германии) арестовывают или высылают евреев, которых они подозревают в симпатии к англо-французскому союзу. Экспроприации в пользу армии усиливаются. Голод, эпидемии. Две сестры сами заболели и, возвратившись в США, описывают Генриетте Сольд страшную картину положения в Иерусалиме: "Нужно видеть этих людей на улице – само страдание, нищета и голод".

В июле 1916г. Генриетта Сольд, глава "Гадасы", получит срочное задание от Всемирной сионистской организации: нужно создать медицинскую бригаду, в которую войдут врачи и медсестры и которая будет располагать лекарствами для оказания помощи населению Палестины. Это требует огромных денег, и Генриетта Сольд сразу же начинает действовать по всем направлениям.

Вступление в войну Соединенных Штатов лишило возможности посылать срочную помощь, нужда в которой стремительно нарастала. Декларация Бальфура и завоевание Палестины англичанами коренным образом изменили политическое положение, но не ликвидировали голод и болезни. Иерусалимские улицы, которые занимали англичане, были забиты трупами.

Медицинская бригада, задуманная в 1916г., должна была быть увеличена вдесятеро, чтобы быть эффективной в 1917г. Неутомимая Генриетта Сольд колесит по всем Соединенным Штатам, собирая необходимые средства. Ей удается их собрать с помощью Джойнта, который был создан в конце 1914г. под председательством Феликса Варбурга2.

Из-за бесконечных формальностей, вызванных войной, судно с медикаментами задержалось до июня 1918г. Через Англию, Италию и Египет медицинская бригада прибыла в Иерусалим в конце июля 1918г. Генриетта Сольд присоединилась к ней в Иерусалиме через двадцать месяцев. Непомерная задача была выполнена.

Когда приехала Генриетта Сольд, руководству медицинской бригадой приходилось уделять уже в общем-то немного времени. Генриетта оставалась в Палестине до самой смерти (1945) и только ненадолго уезжала в США повидать сестер и активизировать работу "Гадасы", председателем которой она была. Ей было уже 60 лет, но ее исключительная работоспособность по-прежнему сохранялась. Ее практический ум помогал ей сразу же понять любую проблему во всех аспектах, и она руководила работой "Гадасы", вникая во все мелочи.

2-го ноября 1918г. Джеймс Ротшильд вручил медицинской бригаде "Гадаса" ключи от больницы, основанной его семьей. Больница Ротшильда – дасы потом стала больницей "Гадаса" с филиалами во многих городах. Вскоре название "Гадаса" стало синонимом современной медицины на Ближнем Востоке. Директора больниц менялись, а Генриетта Сольд оставалась душой "Гадасы".

Ее деятельность на этом не кончалась. Осуществлялись и другие начинания в области улучшения санитарных и социальных условий бедных слоев населения. Эти мероприятия финансировались членами "Гадасы" и Натаном Штраусом.

Он родился в 1854г. в Центральной Европе, но, когда ему было шесть лет, родители эмигрировали в Нью-Йорк, где он вырос и разбогател. Великодушный, всегда озабоченный помощью тем, кто обделен судьбой, он налаживает систему распределения пастеризованного молока (новшество тех времен) среди бедняков Нью-Йорка. Он с энтузиазмом встречает предложение Генриетты Сольд распространить эту систему и на Иерусалим.

До самой смерти в 1931г. он финансировал ее начинания, жертвуя на социальную помощь, которую она поставила на ноги: раздача бесплатных обедов в бедных кварталах Иерусалима, горячие завтраки в школе, курс здоровой пищи для матерей, оборудование садов играми для детей, консультации для кормящих матерей – все эти и многие другие мероприятия, которые здесь все не перечислить, Генриетта Сольд придумывала и осуществляла, в частности, с помощью Натана Штрауса.

Именем этого щедрого благотворителя названы улицы в Иерусалиме, Тель-Авиве и других городах. В честь него же назван город Нетания, заложенный в 1929г.

Любимым детищем Генриетты Сольд была школа медсестер, которую она основала при больнице "Гадаса". Потому что она хорошо понимала, что без квалифицированных медсестер больнице грош цена, даже если там работают замечательные врачи. До самой смерти (1945) Генриетта Сольд знала лично каждую выпускницу этой школы (которая есть и сегодня и носит ее имя) и оказывала ей моральную поддержку ценными советами.

Все, казалось, шло хорошо, и Генриетта Сольд в 73 года собиралась вернуться в США отдохнуть, наконец. Но, как она писала сестрам, "Гитлер решил иначе". Шел 1933г. Приняв эстафету инициативы, зародившейся в Германии при участии Рехи Фраер, Генриетта Сольд осталась в Иерусалиме создавать движение "Алиат-ганоар" ("Алия молодежи"). В гитлеровской Германии у молодежи нет будущего, а родители не всегда могут уехать, к тому же англичане ограничивают въезд взрослых в Палестину. "Алият-ганоар" возьмет на себя заботу о подростках с 13 до 17 лет и устроит их в киббуцах или поселениях для молодежи. Там они получат общее и профессиональное образование в семейной обстановке, хоть с ними и не будет родителей. Это была совершенно новая перспектива. Годами Генриетта Сольд ездила в Хайфу принимать каждого подростка, сходившего на берег. Затем она посещала их в тех местах, где они селились, выслушивала их жалобы, старалась помочь, делила с ними их радости. Она это делала до тех пор, пока число подростков, спасенных таким образом от Гитлера, не перевалило за тысячу. Многие видные деятели в Израиле вышли из центров "Алият-ганоар", которая после 1945г. продолжает свою деятельность в других формах с молодежью, приезжающей без родителей по другим причинам, но уже не под внимательным наблюдением Генриетты Сольд.

В 1939г. она, к своей великой радости, присутствовала при переезде больницы "Гадаса" и школы медсестер в новое помещение на горе Скопус (Гар-гацофим). Умерла Генриетта Сольд в декабре 1945г., окруженная заботливым уходом медсестер, которые освободили для нее комнату в школе. Похоронена она на Масличной горе. Имя ее навсегда связано с больничной системой "Гадаса" и с "Алият-ганоар".

Примечания

1. Так названы улицы, главным образом, в Иерусалиме: "Наша праматерь Рахель" ("Рахель-имену"), "Пророчица Двора" ("Двора-ганевиа") и "Царица Эстер" ("Эстер-гамалка"). На севере от Иерусалима киббуц Рамат-Рахель тоже назван в честь Рахели, жены Яакова.

2. Его именем названы улицы в Иерусалиме, Реховоте, Тель-Авиве, Герцлии, а на берегу мора, чуть севернее Ашдода есть Кфар-Варбург.

К содержанию >>

РАВВИН ИЦХАК ГЕРЦОГ

Как бы ее ни называли – улица Герцога или раввина Герцога, дела не меняет. Речь идет об одном и том же человеке, который более двадцати лет (1937-1959гг.) был главным раввином Израиля в самые тяжелые и решающие времена истории еврейского народа.

Родился он в конце 19 века в Ломзе – местечке на севере Польши, бывшей тогда под властью России. В 1897г., когда ему исполнилось 9 лет, родители решили эмигрировать в Западную Европу, более терпимую к евреям, чем царская Россия. Семья обосновалась в Лидсе (Англия), где Йоэль Герцог, отец Ицхака Герцога, получил место раввина. Очень быстро известность сына перестала уступать известности отца, а вскоре и превзошла ее.

В разгар Первой мировой войны Ицхак Герцог возглавил еврейскую общину Белфаста, в 1916г. – то есть в тот год, когда ирландский народ поднял восстание, борясь за национальную независимость. Добился он ее лишь в 1921 году, и тогда Ицхак Герцог становится главным раввином Ирландии. Гражданская война на этом не закончилась, и главному раввину пришлось познать, как тяжело вести религиозную жизнь, требующую спокойствия, сосредоточенности на занятиях, в стране, где кипят страсти. Насилие стало для ирландцев повседневностью.

Ту же атмосферу борьбы и насилия он находит в Палестине под британским мандатом, прибыв туда в 1937 году. Он был назначен главным ашкеназским раввином Палестины (сефардским главным раввином был тогда Бенцион Узиэль1). Герцог занял место известнейшего раввина Аврагама Кука, умершего в 1935 год. С 1936 года начинаются бесконечные арабские мятежи, нападения на евреев учащаются.

В Германии 30 января 1933 года к власти приходит Гитлер. Антиеврейские законы ужесточаются с каждым годом. Для евреев, которые пытаются бежать, двери закрыты или почти закрыты. В США правительство строго ограничило иммиграцию после "закона о квоте" 1924 года. В Палестину и Англию въезд евреям почти запрещен из боязни обозлить арабов. Сложная система "сертификатов" дает возможность попасть в подмандатную Палестину только людям, обладающим нужной в стране специальностью или значительным капиталом. Гнев евреев против англичан нарастает, особенно после выхода в свет "Белой книги" в мае 1939г. В ней англичане сформулировали драконово постановление об ограничении иммиграции. Протесты главного раввина Герцога и других еврейских видных деятелей во всем мире как религиозных, так и светских, ни к чему не привели. Борьба против англичан за свободную иммиграцию евреев в Палестину начала принимать организованные формы.

Еврейские парни и девушки попадали в тюрьмы Иерусалима, Акко и других городов по малейшему подозрению – справедливому или нет – в принадлежности к различным организациям сопротивления против англичан. Главный раввин Герцог приходил в тюрьмы поддерживать еврейских заключенных.

Когда в сентябре 1939 года разразилась Вторая мировая война, евреи британской Палестины, тем не менее, изъявили желание добровольно вступить в ряды английской армии, чтобы сражаться против общего врага. Им чинили препятствия. Но Хаим, старший сын главного раввина Герцога, записался добровольцем в британскую армию. Военная выучка, которую он там получил, помогла ему потом в израильской армии достичь высших званий военного командования.

Итак, Ицхак Герцог с семьей живет в Израиле. Его жена Сара Герцог, дочь известного раввина, была на редкость энергичной женщиной. Она сыграла важную роль в деле установления некоторых учреждений социальной помощи в Израиле2.

Старший сын, Хаим, родившийся в 1918г., после блистательной военной карьеры был представителем Израиля в ООН. В 1983г. он удостоился высшей чести быть избранным президентом государства Израиль. Второй сын, Яаков, юрист и раввин, умерший в 1972г. пятидесяти одного года от роду, трудился на дипломатическом поприще. Был послом Израиля в Вашингтоне, потом в Канаде, в 1965г. стал генеральным директором кабинета премьер-министра при Голде Меир. Ранняя смерть лишила Израиль крупного политического деятеля.

Что же касается главного раввина Ицхака Герцога, то его деятельность развернулась в полную меру после 1939 года. Между 1940 и 1947 годом он делает все возможное, чтобы вырвать евреев из когтей Гитлера. С этой целью он ездит в Лондон (1940г.), в Соединенные Штаты (1941г.), в Южную Африку (1941г.) и в Турцию (1943г.)

Сразу после окончания войны в мае 1945г. постепенно начали проясняться ужасающие цифры еврейских жертв. Шесть миллионов убитых, включая более миллиона детей! Но, возможно, есть уцелевшие дети, носящие чужие фамилии в христианских семьях или монастырях, они не знают о своих настоящих фамилиях и принадлежности к еврейскому народу, поскольку были еще слишком маленькими. Святой долг вернуть в лоно еврейского народы эти несчастные частицы семей, уничтоженных Гитлером.

Весь 1946 год главный раввин Герцог посвящает розыску этих детей, главным образом, в Польше. Но ему пришлось для этого объяснять цель своего предприятия и отстаивать его на самом высоком уровне.

В марте 1946 года он был принят римским папой Пием XII и заручился его поддержкой. В результате поисков и встреч более пятисот еврейских детей были найдены, собраны и отправлены во Францию в еврейские заведения. Оттуда некоторые поехали в США, где находились члены их семей, но большая часть этих детей, оставшихся одними на всем белом свете, которых часто называли "детьми раввина Герцога", прибыла в Израиль.

Когда кончился срок британского мандата, и было создано государство Израиль, "Закон о возвращении" дал, наконец, возможность каждому еврею переехать, по своему желанию, в Израиль. Отныне главный раввин Герцог смог вернуться к религиозным занятиям, которые для него так много значили, и посвятить им большую часть своего времени. Плоды его исследований Талмуда были опубликованы в последние годы его жизни, а некоторые – осмертно. Он повлиял как раввин на воспитание целого поколения.

Видный деятель и выдающийся раввин, Ицхак Герцог удостоился, чтобы его именем были названы улицы почти во всех городах Израиля: в Иерусалиме,

Тель-Авиве, Акко, Бейт-Шеане, Кирьят-Шмоне, Нетании, Офакиме, Реховоте и т.д. И мошав в прибрежном районе километрах в пятнадцати от Ашдода носит его имя "Масуот-Ицхак".

Примечания

1. Бенцион Узиэль (1880-1953) тоже был выдающейся личностью. Его именем названы улицы в Иерусалиме, Офакиме, Петах-Тикве, Ашкелоне, Рамле, Тверии, Афуле и т.д.

2. В Иерусалиме больница "Эзрат-нашим" ("Женская помощь") переименована в больницу Герцог в честь Сары.

К содержанию >>

ГАГАНА

Военные действия 1917-1918 годов положили конец турецкому владычеству в Палестине. Британский мандат был записан в мирные соглашения 1919-1920 годов, которыми завершилась Первая мировая война. В Палестину пришла гражданская английская администрация с центром в Иерусалиме. Во главе стоял верховный комиссар, который и был фактическим правителем Палестины. Первым этот пост занял сэр Герберт Самюэль. Бывший министр в военном кабинете Британии, к тому же еврей, он был восторженно принят евреями Палестины; первый за две тысячи лет еврей наделен политической властью в Эрец-Исраэль1. Его именем назовут улицы, в частности в Иерусалиме, Тель-Авиве, в Хедере.

Весной 1920 года вспыхнули арабские мятежи против евреев. Продолжались они и в 1921 году2. На фоне такой напряженной обстановки сформировалась "Гагана", что значит "оборона".

До тех пор целое десятилетие существовал институт добровольцев, защищавших, главным образом, сельскохозяйственные центры. Называлась эта организация "Гашомер" ("Сторож"). Ее задача была очень важной: не допускать краж, набегов, грабежей. Многочисленные города хранят благодарную память об этих первых храбрецах и в честь их организации называют улицы "Гашомер": в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе, Афуле, Ришон-Леционе, Гиватаиме, Беэр-Шеве, Холоне и т.д. В Бней-Браке так называется длинная улица, а в Реховоте одна из центральных улиц называется "Гашомрим" (мн.ч. от слова "гашомер").

Но серьезность последствий арабских беспорядков 1920г. потребовала более действенной обороны и лучшей ее организации, которая охватывала бы и города. В конце 1920г. перестала существовать "Гашомер", и часть ее членов составили Гагану.

Англичане оказались неспособными прекратить нападения арабов на евреев, и отныне защищать еврейское население – дача Гаганы, но тренировка, закупка оружия, учения непременно должны проводиться подпольно, англичане ничего не должны об этом знать. Нелегально купленное в некоторых европейских странах оружие поступало в цементных ящиках или в пустой таре. По прибытии оно пряталось в места, известные только отдельным руководителям Гаганы.

Когда антиеврейские мятежи вспыхнули в 1921г., Гагана еще только-только оформилась и не могла действовать эффективно. Она начинает играть важную роль во время беспорядков 1929г. Хотя личный состав Гаганы был еще небольшим, ей удалось ограничить число жертв и разрушений в Иерусалиме, Тель-Авиве и Хайфе. В Хевроне и Цфате, куда Гагана еще не добралась, резня, наоборот, была ужасной. Успешная защита Хульды3 превратилась в легенду: горстка членов Гаганы отбила тысячи нападавших арабов.

В начале тридцатых годов значительно увеличивается число добровольцев, записывающихся в Гагану. Когда разгораются арабские нападения 1936 года, Гагана уже представляет собой настоящую военную организацию, хоть и неофициальную. Неоднократно англичане обнаруживали и конфисковали спрятанное оружие, но Гагане всегда удавалось найти места для его хранения. Когда в 1936г. арабы атаковали еврейские города, нападали на поля и забирали урожай, Гагана обнесла их колючей проволокой под высоким напряжением, которая вместе со специальным ночным электроосвещением значительно сократила наносимый ущерб.

Элиягу Голомб с самого начала играл ведущую роль в формировании и развитии Гаганы. Родился он в Белоруссии в 1893г., в 15 лет приехал в Эрец-Исраэль. Во время Первой мировой войны мечтал создать еврейское подразделение обороны. Когда в начале 1918г. при английской армии был сформирован Еврейский легион, он в нем был капралом и сражался против германо-турецкой армии4.

Еврейская оборона ему представлялась более чем когда бы то ни было важной после беспорядков 1920-21гг. Он играет ведущую роль не только в Гагане, но и в партии "Ахдут Гаавода", вошедшей потом в Мапай (израильское рабочее движение). До самой смерти в 1945г. он оставался активным деятелем в Гагане, в сионистской организации и в различных социалистических движениях.

Его дом в Тель-Авиве превращен в музей Гаганы. Конечно же, в Тель-Авиве улица названа его именем, но и во многих других городах: в Иерусалиме, Ашкелоне, Бат-Яме, Герцлии, Хайфе, Нетании, Беэр-Шеве, Афуле и т.д.

В ответ на план раздела Палестины 1936-37гг., предложенный англичанами, началась операция "Стена и башня"5. За несколько недель было заложено поселений пятьдесят: сторожевая башня, обнесенная изгородью. Гагана защищала их от нападения арабов, начавшихся тотчас же. Особо жестокие сражения были на севере за киббуц Ханита6 и в Иорданской долине за киббуц Тират-Цви7.

В те же годы (вплоть до 1948г.) Гагана играла и другую роль: помогала высаживать на берег нелегальных иммигрантов, которым не удалось получить въездного "сертификата", выдаваемого англичанами. Они разрешали въезд в Палестину очень ограниченному числу еврейских иммигрантов, несмотря на гитлеровскую опасность. Между 1933 годом и сентябрем 1939 года до 6000 нелегальных иммигрантов попали в Палестину благодаря Гагане.

С началом Второй мировой войны в сентябре 1939г. члены Гаганы образовали отряды, которые англичане в конце концов согласились принять в состав своей Средневосточной армии. Но в то же время они запрещали Гагане проводить какие бы то ни было военные действия; они обыскивали и конфисковывали склады оружия. Однако более боевой и решительный отряд в 1941г. создал подразделение, которое получило название Пальмах, но оставалось тесно связанным с Гаганой.

По окончании Второй мировой войны в мае 1945 г. борьба евреев против англичан продолжается, главным образом потому, что иммиграционные ограничения были чрезвычайно жесткими. Англичане не хотели менять квоту, установленную в Белой книге 1939 года. А десятки тысяч переживших лагеря смерти хотели попасть в Палестину.

От Гаганы уже откололись две группы сопротивления англичанам: сторонники более жестоких методов – Эцель ("Иргун цваи леуми")8 и еще более крайняя группа Штерна9, или "Лежи" ("Леуми херут исраэль")10. Иногда обе подпольные организации сотрудничали с Гаганой, иногда Гагана им противостояла.

Гагана играла решающую роль в начале войны за независимость, когда она могла, наконец, открыто вести бои, но на сей раз против арабов, которые нападали на Израиль, получивший независимость 5-го ияра (14 мая) 1948г. Последние английские солдаты покинули в этот день Палестину, которая отныне стала называться Израилем.

Но на молодое государство напало семь арабских армий из смежных государств. 31 мая 1948г. Министр обороны Бен-Гурион издал приказ о создании национальной армии Израиля. Подпольные армии – гана, Эцель и Лехи – были распущены. Отныне все отряды были объединены в израильскую армию – ЦАГАЛ, "Цва тагана леисраэль" (Армия обороны Израиля). Воспоминание о блистательных подвигах Гаганы во времена британского мандата сохранено в нынешнем названии израильской армии.

Улицы, как правило, большие и центральные, напоминают о героизме членов Гаганы почти во всех городах Израиля: в Хайфе, Тель-Авиве, Иерусалиме, Ришон-Леционе, Холоне, Ашдоде, Беэр-Шеве – всех здесь не перечислить.

Примечания

1. По колониальным правилам британской администрации верховный комиссар не мог оставаться на этом посту более нескольких лет. Герберт Самюэль его занимал с 1920 по 1925гг., но годы эти были решающими для всего гражданского уклада в стране. Вернувшись в Лондон, он продолжал восторгаться тем, что происходит в Эрец-Исраэль, боролся против Белой Книги 1939г. и ограничения иммиграции. Он умер 93 лет в 1953г. и успел порадоваться созданию государства Израиль и его первым успехам.

2. Во время мятежей в Яффо в мае 1921г. молодой, но уже известный писатель Хаим Бренер (1881-1921) был убит арабами. Его гибель глубоко потрясла страну. Почти во всех городах есть улицы его имени: в Иерусалиме, Рамле, Хайфе, Тверии, Тель-Авиве, Беэр-Шеве. Один киббуц, основанный несколькими годами позже, носит его имя: Гиват-Бренер.

3. Киббуц Хульда назван по имени пророчицы Хульды, о которой сказано в Танахе (Млахим II, гл. 22). Ее именем названы улицы в Иерусалиме, Бней-Браке, Бат-Яме, Хайфе, Нетании, Беэр-Шеве, Афуле и т.д.

4. Улицы имени Еврейского легиона есть в Иерусалиме, Тель-Авиве, Холоне, Ашкелоне, Ришон-Леционе, Нетании, Бат-Яме, Нагарии, Хедере и т.д.

5. В Тель-Авиве, Холоне и Беэр-Шеве есть улицы "Стена и башня".

6. Основанный в 1938г. киббуц Ханита расположен почти на границе с Ливаном. Назван по имени древнего поселения, на руинах которого он и построен. Во время сражений 1938-39гг. погибли 10 его членов.

7. Был основан в 1937г., назван в честь раввина Цви-Гирша Калишера.

8. Улицы, носящие название "Эцель" есть в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе, Ришон-Леционе, Нетании, Рамат-Гане, Холоне, Реховоте, Хедере, Герцлии, Кирьят-Оно.

9. Аврагам Штерн (1907-1942) родился в Польше, поселился в подмандатной Палестине в 18 лет. Стал студентом только что созданного ивритского университета. Поэт, мечтатель, романтик, он был все же убежден, что только вооруженная борьба позволит еврейскому народу стать свободным на своей земле. Он не доверял англичанам и не присоединился к Гагане, по его мнению, слишком умеренной. Вначале член Эцеля, он потом возглавил группу, для которой вооруженная борьба против англичан (поскольку они закрыли въезд в Палестину для иммигрантов) стала необходимостью. "Группа Штерна" была, разумеется, подпольной, и Аврагам Штерн под подпольной кличкой Яир, играл в ней главную роль. Англичане назначили цену за его голову и в конце-концов нашли его. Они его арестовали и убили на месте. Но борьба Лехи против англичан продолжалась до 1948г.

10. Улицы, носящие название "Лехи", есть почти во всех тех городах, где есть улицы "Эцель".

К содержанию >>

ПАЛЬМАХ

Пальмах. Такое известное и все же загадочное слово. Не имя, не фамилия – осто начальные буквы двух ивритских слов плугот махат (ударные бригады). Имелись в виду бригады солдат, прошедших специальную подготовку интенсивным методом. "Имелись в виду", а не "имеются", потому, что Пальмах перестал существовать с ноября 1948г. Но этим почти легендарным словом названы улицы в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе, Бат-Яме, Афуле, Рамле, Нетании, Акко, Петах-Тикве, и т.д. – словом, почти во всех городах Израиля.

Пальмах – это целая эпоха, героическая эпоха, предшествовавшая созданию государства Израиль, когда приходилось бороться с англичанами, которые препятствовали иммиграции евреев – жертв Гитлера, и с арабами, которые нападали на еврейские поселения.

Сначала Пальмах был создан более или менее легально, то есть с согласия англичан, в 1941г. Немецкие войска под командованием Роммеля вышли из Ливии, бывшей тогда под мандатом итальянцев – союзников Германии. Тогда же на северо-востоке от Палестины, в Ираке назревал пронацистский переворот1. Еще ближе к Палестине, Сирия, подвластная тогда Франции, связалась с правительством Виши и предложила через него Гитлеру военные базы.

Таким образом Палестина легко могла очутиться в тисках между Роммелем, надвигавшимся из Ливии, и немецкой оккупацией через Сирию и Ирак.

Тогда-то и были сформированы семь ударных бригад из состава Гаганы. Это были добровольцы, которые за сутки должны были суметь подготовиться к военной операции в любой точке Израиля, когда грозила опасность. Организовать и обучить бойцов Пальмаха назначили Ицхака Садэ.

Ицхак Садэ (1890-1952) был человеком незаурядным. Он родился в Люблине и очень молодым служил в русской армии в Первую мировую войну. Там он приобрел военный опыт, который потом оказался решающим. Демобилизовавшись, он продолжил занятия философией и филологией в Симферопольском университете (Крым). Среди студентов он был лучшим спортсменом: чемпионом по борьбе и по поднятию тяжестей.

Жизнь его резко изменилась, когда в 1917г. он познакомился с Йосефом Трумпельдором2. Тот зажег его своим сионизмом. 1-го марта 1920г. вскоре после переезда в Эрец-Исраэль Трумпельдор и семь его товарищей погибли в схватке с арабами в Тель-Хае3. Его жизнь, его смерть в 40 лет долгие годы оставалась символом для всей молодежи, которая хотела связать свою судьбу с Эрец-Исраэль. Улицы Трумпельдора есть практически везде: в Тель-Авиве, Бней-Браке, Ашдоде, Холоне4. Все политические группировки как левые, так и правые, видят в нем национального героя5. Так же относится к Трумпельдору и настроенная по-боевому еврейская молодежь во всем мире.

Узнав о гибели Трумпельдора, Ицхак Садэ решил переехать в Эрец-Исраэль и перенять его эстафету.

Сразу по приезде он стал одним из руководителей "Гдуд-гаавода" и "батальона Трумпельдора". Ицхак Садэ занимался их военной подготовкой, участвовал в создании сельского хозяйства и в прокладке дорог, в чем "Гдуд" играл роль первопроходца. Внутренние разногласия привели к расколу, и в 1929г. "Гдуд-гаавода" перестал существовать.

После волнений 1936г. Ицхак Садэ вступает в Гагану и занимает там ведущее положение. Поэтому в 1941г. он самым естественным образом возглавил Пальмах, для образования которого он очень много сделал. До 1948г. его жизнь была неотделима от Пальмаха.

Пальмах финансировали союзники с момента его образования. Но когда в конце 1942г. опасность немецкого нападения ослабела, Пальмах ушел в подполье. Его члены работали полмесяца в киббуцах и полмесяца занимались интенсивной военной подготовкой. Ицхак Садэ был ее душой и ввел приемы, принятые в немногих странах, но которыми он владел. Его адъютантом был Игаль Алон (1918-1980), который тоже играл решающую роль в Пальмахе, а потом в политической жизни Израиля6. Его именем названа улица в Тель-Авиве.

Пальмах помогал союзникам войти в Ливан и в Сирию, которые правительство Виши хотело отдать Германии. Пальмах сыграл решающую роль в подпольной иммиграции, особенно после окончания Второй мировой войны. Между 1945 и 1948 годами Пальмах защищал от арабских нападений еврейские поселения по всей стране, обеспечивал безопасность дорог, деревень и киббуцев, расположенных вдали от них. Он сыграл главную роль в войне за независимость. Большинство крупных военных деятелей Израильской Армии учились военному искусству в Пальмахе – в частности, Моше Даян и Ицхак Рабин.

Когда в ноябре 1948г. Бен-Гурион решил слить все военные группировки в единую армию обороны Израиля, ЦАГАЛ, члены Пальмаха почти полностью вошли в новую национальную армию. В ней они стали офицерами и инструкторами. Песни Пальмаха были особенно популярны. В Израиле "бывший пальмаховец" стало, так сказать, почетным званием.

Примечания

1. Он был довольно быстро подавлен англичанами. Ирак, хоть и стал независимым, с 1918г. находился под влиянием Британии.

2. Судьба его столь же незаурядна, как и она сам. Он родился на Кавказе (1880-1920) и был призван на войну с Японией, начавшейся в 1904г. Он настолько храбро сражался, что его сделали офицером, несмотря на его еврейство. Но он был тяжело ранен, и ему ампутировали левую руку. После демобилизации он стал ярым сионистом. Здесь невозможно входить во все подробности его короткой жизни, необыкновенно деятельной. Заметим только, что в Первую мировую войну он создал вместе с Владимиром Жаботинским Еврейский легион (на иврите "гдуд гаиври", и это название носят многие улицы – в частности, в Иерусалиме, Ришон-Леционе, Холоне, Хедере и т.д.).

3. Дата его смерти по еврейскому календарю – 11 адара – о сей день широко отмечается в Израиле.

4. В Иерусалиме улица в его честь называется "Гагидем" ("Однорукий"), но это исключение. Почти во всех городах Израиля есть улицы Трумпельдора. Город Кирьят-Шмона ("Город восьми") по соседству с Тель-Хаем назван в честь Трумпельдора и его семи товарищей. Мошав Тель-Йосеф у подножья горы Гильбоа тоже назван в честь Трумпельдора.

5. Социалистический "Гдуд гаавода" создал "батальон Трумпельдора", и молодежное движение, основанное на идеалах сионистов-ревизионистов (основано в 1923г.) тоже названо "Брит-Трумпельдор" (Союз Трумпельдора), сокращенно "Бейтар".

6. После войны за независимость Ицхак Садэ уходит из армии. Он пишет мемуары. Умер в 62 года и похоронен в кибуце Гиват-Бренер.

К содержанию >>

ОРД УИНГЕЙТ

Британский офицер, погибший в Бирме в авиакатастрофе в 1944г., когда ему был всего 41 год, чье имя нечасто встретишь в больших английских энциклопедиях. Почему же в Израиле улицы названы его именем? Потому что его помощь евреям в образовании Национального очага в Палестине была очень важна, особенно в создании будущей израильской армии.

Чарльз Орд Уингейт родился в Индии в 1903г. в семье сугубо протестантской. Родителей послали туда как миссионеров. С детства он читал Библию и всю жизнь носил ее с собой, куда бы ни получал назначение по военной службе, которую он начал двадцати лет офицером британской армии. Детство в Индии приучило его к заграничным миссиям и к опасным предприятиям. Когда его послали в Судан, он выучил арабский и приобщился к тому миру, который потом получил название "третьего". В 1933г. его послали на юг Ливии, где он отличился храбростью и был произведен в капитаны в 1935г.

На следующий год он получил назначение в Палестину, в то время подмандатную территорию Британии. Приехал он туда в самый разгар арабских волнений против евреев и англичан. Он сразу начал бороться с арабским террором, что привело его к связям с Гаганой.

Уингейта покорило то, что он нашел в "национальном очаге". Он выучил иврит и загорелся делом сионизма. Его глубокие познания в Библии способствовали его мечтаниям о еврейском государстве, каким его предвидели пророки, но вписанном в современность.

Идеалист и вместе с тем выраженный прагматик, он хотел передать свой военный опыт евреям, вступившим в Гагану, у которых по большей части его не было. Он становится инструктором Гаганы.

Прежде всего он проводит с ними интенсивные занятия по продуманной программе. Очень талантливый стратег, он придумывает необычные методы ведения борьбы против арабского террора. Он сыграл основную роль в создании "специальных бригад по ночным операциям" и в обучении тактике неожиданного действия. Он настолько был предан еврейскому делу, что его повсюду называли едид (друг).

Разумеется, при напряженных отношениях между евреями и англичанами поведение Уингейта не нравилось высокому начальству, и в мае 1939г. он вынужден был покинуть Палестину, куда ему был запрещен въезд. Его назначили на какую-то безвестную военную базу в Великобритании.

Тем не менее, когда англичанам понадобился опытный офицер для борьбы с итальянцами в Эфиопии, в Министерстве вспомнили о существовании Уингейта и послали его туда. Он там блистательно проявил себя и стал правой рукой Хайле-Селассие, когда тот восстановил свой трон в Аддис-Абебе после разгрома итальянцев в 1941г.

Его направляют затем в Бирму, где идет война против японцев – союзников Гитлера. Он и там добивается больших успехов, благодаря смелым и нетрадиционным акциям, за которые его, впрочем, немало критиковали. Но Черчилль увидел в нем гениального стратега. Он пригласил Уингейта сопровождать его в 1943г. на важную встречу с Рузвельтом в Канаду.

После этого Уингейт вернулся в Бирму, где продолжались бои. Он был произведен в генералы и оказал значительную помощь делу союзников. Но в марте 1944г. он погиб в авиакатастрофе над джунглями Бирмы. Американцы, которым он очень помог в борьбе против японцев, оказали особую честь Уингейту и другим жертвам этой катастрофы, потребовав, чтобы их похоронили на военном кладбище в Арлингтоне. Его жена сохранила привязанность к Израилю и была одним из руководителей движения "Алият-ганоар" в Англии.

В Эрец-Исраэль Орд Уингейт пробыл всего три года. Но за это короткое время он оказал делу евреев такую решающую помощь, что его имя здесь никогда не будет забыто. Оно останется прежде всего в памяти людей. Много старших офицеров израильской армии были обучены им и хранят живые воспоминания об этом едиде, "друге", который ушел из жизни таким молодым. Он растрогался бы до слез, увидев созданную в 1948г. такую израильскую армию, о которой он мечтал.

Но и в названиях мест и учреждений хранится о нем память. Улицы и площади его имени есть в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе, Петах-Тикве, Беэр-Шеве, Раанане, Герцлии. Самый большой спортивный центр в Израиле возле Нетании – Институт им. Уингейта. Поселение детей из "Алият-ганоар" называется "Йемин Орд". Оно расположено на западном склоне горы Кармель, недалеко от Хайфы, где Орд Уингейт прожил большую часть времени, когда был назначен в Эрец-Исраэль.

К содержанию >>

МОРДЕХАЙ АНИЛЕВИЧ

Восстание в Варшавском гетто, начавшееся в апреле 1944г. стало символом всего еврейского сопротивления в Польше против немцев во время Второй мировой войны. Однако были повстанцы и во многих других гетто, устроенных нацистами, чтобы собрать в определенных местах евреев и тем самым облегчить себе задачу их уничтожения. В память об этих бойцах всех гетто улицы во многих городах Израиля названы "Лохамей гагетаот" ("Бойцы гетто") или "Мордей гагетаот" ("Повстанцы гетто"). Слово "гетто" всегда стоит во множественном числе, чтобы напомнить: восстание было не только в Варшавском гетто, но и в других – в Вильно, В Белостоке и во многих других местах. Киббуц "Лохамей гагетаот" севернее Хайфы, основанный пережившими Катастрофу, стал центром, где хранится документация того времени и проводятся вечера памяти.

Повстанцы знали, что ведут безнадежную борьбу, но не хотели умирать, даже не попытавшись защититься и уничтожить хоть сколько-нибудь немцев. Мужество их было невероятным в тех невыносимых условиях. Участники и свидетели тех событий почти все погибли во время Катастрофы; о них известны лишь некоторые сведения, переданные очень немногими оставшимися в живых. День памяти шести миллионов погибших, который отмечается в Израиле, называется "День катастрофы и героизма", чтобы подчеркнуть, что отважные бойцы не забыты – хоть их имена чаще всего неизвестны.

Вот почему имя руководителя восстания в Варшавском гетто Мардехая Анилевича стало как бы символом неизвестных или малоизвестных повстанцев. Почти во всех города Израиля есть улицы его имени: в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе, Беэр-Шеве, и в городах поменьше: в Нетании, Цфате, Бней-Браке, Ашкелоне, Раанане, Акко, и т.д. Киббуц, основанный в конце 1943г. членами молодежного движения "Гашомер-гацаир", называется "Яд-Мордехай" в его честь. Там стоит статуя Анилевича работы израильского скульптора Натана Рапопорта, известного своим монументальным памятником в Варшаве, воздвигнутым бойцам всех гетто. Копия была сделала для мемориала "Яд-Вашем".

Мордехай Анилевич всю свою слишком короткую жизнь (он погиб в 23 года) был активным членом молодежного движения "Гашомер-гацаир".

Когда в 1939г. началась война, Анилевич стал одним из руководителей варшавской группы. Ему было 20 лет, когда немцы прошли парадным маршем по Варшаве. Он бежал на Восток, в сторону России и попытался пробраться в Палестину через румынский порт на Черном море. Но Румыния закрыла границу, и Анилевич не смог ее перейти. Тогда он отправился на север в сторону Вильно, куда бежали многие молодые евреи из оккупированной Польши. Там он нашел многих товарищей по молодежному движению, организовал их, но ненадолго.

В июне 1940г. Литва была аннексирована Советским Союзом, и все сионистские организации должны были немедленно прекратить свою деятельность. Многие руководители были арестованы и высланы в Сибирь. Анилевич решил вернуться в Варшаву и взять на себя заботу о членах молодежного движения.

Это было еще во время русско-немецкого союза, и границу можно было пересечь относительно безопасно.

В ноябре 1940г. немцы начинают отправлять в гетто варшавских евреев. Мало-помалу они начинают сгонять туда евреев из других мест. Положение в Варшавском гетто становится все более и более тяжелым – нехватки продуктов питания.

Анилевич не сдается. Он собирает членов "Гашомер-гацаир" и тех, кто хочет к ним присоединиться, в своего рода киббуц внутри гетто.

В этой группе царит боевой дух. Анилевич организует для детей всевозможные мероприятия воспитательного характера внутри гетто и создает подпольную газету "Негед газерем" ("Против течения"), чтобы поднять дух обитателей гетто. Он одержим мыслью об активном сопротивлении немцам, и начинает много о нем говорить.

Как только ему удалось выйти ненадолго из гетто, он отправился в еврейские общины западной Польши, организовал молодежь из “Гашомер-гацаир" и постарался поддержать всех.

Летом 1942г. он узнал об ужасах массовых депортаций из Варшавы, которые назывались "большой акцией". Тогда он решил вернуться в Варшаву и создать сеть самообороны. В декабре 1942г. так была создана еврейская боевая организация, которую он и возглавил. Он отказался от всякой другой деятельности и посвятил себя исключительно организации вооруженной борьбы.

В Варшавском гетто перед страшной "акцией" летом 1942г. было от трехсот до трехсот семидесяти тысяч евреев. Когда Анилевич вплотную занялся организацией вооруженной борьбы, в гетто оставалось от тридцати до тридцати пяти тысяч евреев. Молодежь решила сражаться всеми доступными ей средствами против нацистов и умереть достойно в бою.

19 апреля 1943г. началась вооруженная борьба, хотя почти не было оружия. Кое-что получили от польского сопротивления. В гетто изготовляли бутылки с зажигательной смесью, рыли подземные переходы, укрепляли, сколько можно, боевые позиции в домах. Штаб восстания помещался на улице Милая, 18. Его превратили в бункер. Борьба была совершенно неравной, и никто не строил себе иллюзий насчет ее исхода. "Мы не хотели спасать свою жизнь, – напишет потом один из немногих оставшихся в живых. – кто не думал, что выйдет оттуда живым. Мы хотели спасти свое человеческое достоинство."

История героического сопротивления Варшавского гетто была описана много раз. Трудно здесь передать благородство, мужество, изобретательность ее бойцов, а также ужас, пожары, горы трупов.

Восьмого мая через, три недели от начала восстания, центр "Милая, 18" был захвачен немцами, а еврейские бойцы убиты. "Так пало около сотни повстанцев и среди них Мордехай Анилевич, самый лучший, самый мудрый, самый благородный из всех, сохранявший в самые страшные моменты спокойствие и улыбку"1.

Отдельные бои еще продолжались до конца июня и даже в июле 1943г. под руководством уцелевших, у которых еще были пули в пистолетах. Горстка последних уцелевших проложила проход на "арийскую" сторону; они присоединились к польским партизанам и задались целью: после войны "рассказать".

Они были услышаны в городах Израиля, где множество улиц изо дня в день напоминают жителям, проходящим по ним, о подвигах Анилевича и других бойцов всех гетто.

Примечание

1. Свидетельство Цивьи Любетникой в книге "Восстание в Варшавском гетто" Михаэля Борвица.

К содержанию >>

Далее

Ваша оценка этой темы
1 2 3 4 5